– Как ты думаешь, – что случилось после того, как я прочитал эти строки Алику? – спрашиваю Сергея.
– Постой, – перебивает меня Сергей, – потом расскажешь, что случилось. Сначала ответь: – если время и случай – для всех, независимо от ума и способностей человека, получается, что всё предопределено, и человек как бы приговорён к бедствиям?
– Без Христа – да, приговорён, – отвечаю я. – И эти бедствия, прежде всего, в душе человека. Только Иисус может вычищать грязь из наших душ. Только он может избавлять от вожделений, из-за которых человек попадает в пагубные сети, как рыба.
Я опять открываю Библию, быстро нахожу пятьдесят третью главу Исайи, и читаю ему 10 и 11 стихи:
«Но Господу угодно было поразить Его. И Он предал Его мучениям. Когда же душа Его принесёт жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное. И воля Господня благоуспешно будет исполняться рукой Его.
На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; через познание Его. Он, праведник, Раб Мой оправдает многих. И грехи их на Себе понесёт».
– О ком это написано, как не о Христе? – говорю Сергею. – И пророчество это дано за шестьсот лет до Его рождения.
– Но как же познать Его? – глядя мне в глаза, спрашивает Сергей.
– Верой, – отвечаю ему. – Помнишь тот вечер у Беллы, когда Григорий складывал семизначные числа, и Алик называл цифры, которые он ему внушал? Я объявил тогда Григорию, что он не сможет меня загипнотизировать, потому что не Божьим Духом всё это делает. Для меня это был настоящий экзамен. Мне надо было преодолеть свою неуверенность перед ним. Впервые в жизни я отважился говорить от имени Христа сразу многим людям. Я верил: Он хочет, чтобы все увидели силу Его правды.
– И ты помнишь, – продолжал я, – что произошло потом? – Григорий на глазах превратился в шарик, из которого вышел воздух, и он уже не мог взлететь. Не только мне, но и Алику не сумел больше ничего внушить. И все поняли, это не случайно. Может быть, поэтому ты сейчас и слушаешь меня.
– Д а а а… – задумчиво протянул Сергей. – А что же произошло во время вашего разговора с Аликом?
– Знаешь, давай так сделаем, – неожиданно предлагаю ему. – Сегодня мы разъедемся в разные стороны. Если судьба вновь сведёт нас, и тебе будет интересно, непременно расскажу, какой урок Иисус в тот момент преподал Алику и мне.
Итак, я в Америке. По чисто российской традиции устроили застолье. Первое застолье на американской земле. Вся Володина семья, его друг Ян с женой, соседка Берта и Володины родственники, с которыми я приехал. Сколько было тостов за Америку, за процветание, за жизнь до ста двадцати лет… Что-то вдруг шевельнулось в уголке души во время этих тостов, что-то говорящее совсем о другой действительности. Но я промолчал. Когда все разошлись, и я остался с Володей и его женой Мусей – проговорили до глубокой ночи. Ведь не виделись почти восемь лет. Володя рассказал, каким трудным было его начало в Америке. Денег, которые перевёл из Союза, хватило лишь снять квартиру. На мебель уже денег не было. Что-то дали соседи, что-то подобрал на улице. Поехал к родственникам в Канаду. Пробыл там три дня. Когда уезжал, родственник, у которого останавливался, напутствовал: – Вернёшься в Нью-Йорк, сразу же позвони мне. Но не называй моего настоящего имени, попроси Джона, а я скажу, что таких здесь нет. Таким образом, за звонок платить не придётся, а я буду знать, что ты доехал благополучно. А ведь тот родственник был далеко не бедный человек, владел несколькими домами. Володе начинал с нуля. Нужно было содержать семью, платить за квартиру, поэтому, долго не раздумывая, пошёл на первую же предложенную работу – электриком в метро. Нелёгкая это оказалась работа. Дорога до депо и обратно занимала три часа, вставать приходилось ежедневно в пять утра. – Когда получил первый чек, – вспоминал Володя, – я был счастлив. Даже не верилось, что вот так просто, каждую неделю мне будет приходить чек, и в нём будет указана сумма в долларах. Он рассказывал, а меня подмывало спросить, что же произошло с планами насчёт антикоррозийного покрытия металла? Но спрашивать не стал. Старенькая машина, на которой он встретил нас в аэропорту, скромная арендованная квартира, где он жил с женой и двумя дочерями – говорили сами за себя. Из идеи, на которой он собирался сделать миллионы, ничего не получилось. Вот и пришлось пойти работать в депо рядовым трудягой. А ведь, припоминается, в юности мы с ним посмеивались над одним из друзей моего отца, который тоже трудился в депо. – А я вот решил написать обо всём, что со мной произошло, – сказал ему. Достал свои записи и стал читать
