Бог войны полностью

– Вам лучше выйти и поглядеть. Зреет беда, – сказал он, сжимая в руке короткую боевую секиру. Люди расступились, давая Блэкстоуну пройти. Выйдя, он увидел, что его стражи собрались теснее, прикрывая собой человека, распростершегося в грязи, а вокруг собирается недовольно ропщущая толпа.

– Кто это, черт возьми? – вопросил Блэкстоун, первым спускаясь по лестнице, пока телохранитель прикрывал ему спину.

– Оруженосец или кто-то навроде. Мы не могли разглядеть платья, потому как оно в грязи и крови, но он не крестьянин, это уж наверняка, – сказал телохранитель. Выразить свое изумление Томас не успел. – Когда спустимся с лестницы, ступайте через загоны и примите вправо, – велел телохранитель.

Блэкстоун протиснулся мимо нескольких напуганных животных, выбравшись на главную улицу деревни с глубокими колеями, еще похрустывающими утренним ледком. Теперь, внимательно посмотрев в сторону колыхания теней на околице, он разглядел висельника с перемазанным телом цвета охры, только вот его волосы и тунику перепачкала не грязь, а проломленный череп и полусодранное лицо, залившие его тело кровью.

Перевел взгляд на человека, недвижно простертого в грязи.

– Он жив?

– Почти. Побит так, что едва душа в теле держится, – ответил телохранитель.

– Подымите его на коня, – сказал Блэкстоун, берясь за луку и карабкаясь в седло. Нога все еще не могла удержать его вес, когда согнутой стояла в стремени.

– Взять его? – с сомнением переспросил солдат.

– Да. Живо! – приказ Томаса прозвучал достаточно властно, чтобы солдат повиновался без дальнейших экивоков. Собравшаяся вокруг всадников толпа роптала все явственнее; уже зазвучали проклятия и угрозы в полный голос. Пока Блэкстоун и двое других с помощью коней сдерживали толпу, не давая подступиться ближе, двое оставшихся взвалили беспамятного на холку коня, и, как только все были в седлах, Томас велел всем пустить коней вскачь, пока они не поднялись на бугор среди пастбища в миле от деревни и не увидели никаких признаков погони.

Уложив незнакомца на землю, окропили его потрескавшиеся губы водой.

Когда Блэкстоун пытался утереть хоть часть грязи с его лица, его ладонь отвела волосы со лба.

– Поглядите-ка! – воскликнул Томас. На лбу избитого красовалось клеймо лилии, еще не зажившее от прикосновения раскаленного тавра.

Мёлон наклонился.

– Он француз? – поинтересовался Блэкстоун.

– Не ведаю. Может, гасконец, – ответил Мёлон. Гасконцы с юго-запада верны английскому королю. – Коли эти селяне ловят человека, коего считают татем или лазутчиком наемников, то клеймят его.

Томас смахнул часть грязи с туники лежащего. Веки раненого затрепетали, а затем он воззрился на них, как лис, вытащенный из норы.

– Англичане? – прошептал он отчаянно, едва слышно.

– Да, – ответил Блэкстоун, уже зная, что это цвета короля Эдуарда.

Тот с облегчением улыбнулся.

– Слава богу… ваше лицо со шрамом напугало меня до усрачки, – прошептал он, прежде чем снова впасть в беспамятство.

Томас отдал свой плащ, чтобы согреть несчастного, пока солдаты рубили молодые деревца и окоряли их, чтобы свить волокушу и неспешно доставить его домой.

– Мессир д’Аркур выпорет меня за то, что я доставил в его стены врага, – простонал Мёлон на подъезде к замку.

– Нет, не выпорет, – возразил Блэкстоун, – он уже дал прибежище одному.

Им оставалось не более дневного перехода до замка, когда появились всадники. Один из солдат эскорта заметил полдюжины человек, пересекших открытый луг, прежде чем скрыться в зарослях.

– Они будут дальше по дороге, за слепым поворотом, – предположил один из солдат. – Я видал не меньше шестерых, и отличительных цветов на них не было. Надо быть, бандиты. Вот говно, скверное дело. Их больше нашего, а они свирепые ублюдки.

Повернувшись в седле, Мёлон взглядом поискал путь к бегству.

– Бросим волокушу и ходу вверх по холму и через лес.

– Мы его не покинем, – отрезал Томас.

Мёлон подогнал коня ближе к Блэкстоуну.

– Послушайте, мессир Томас, нынче не время геройствовать, – непочтительно изрек он. – Эти дикие ублюдки в большинстве шесть к четырем.

– Шесть к пяти, – поправил Томас.

– Христос всемилостивый, здесь не упражнения с деревянным мечом, вы ни разу так не бились. Им нужны наше оружие и кони.

– Тогда мы им скажем, что пусть держат карман шире, – ответил Блэкстоун.

– О, ага, бандиты страсть как любят малость поболтать. Будь у нас хлеб и сыр, мы могли бы уж заодно и поделиться, – буркнул тот и обернулся к остальным. – Срезайте волокушу. Дуем в лес.

– Стоп! – крикнул Томас. – Мы не покинем этого человека. Если вы удерете, я останусь – и уж тогда сами объясняйте своему господину, как я погиб.

Увидел, что этот аргумент угодил в цель. Воины в замешательстве повернули коней, и Блэкстоун выступил вперед.

– Я с двоими поеду вперед. Носилки оставим здесь, среди деревьев. – Он указал двоих. – Используйте эти заросли как укрытие. Привяжите коней и ступайте пешком. Возьмите только арбалеты и мечи, щиты оставьте. Если их шестеро, они будут заперты между кустами на откосе и склоном у опушки. Зайдете с фланга.