Когда и как возник миф о «проклятии фараона», сегодня уже трудно установить. Вплоть до 1930-х годов вся мировая печать вновь и вновь посвящала ему свои страницы. Тем не менее с точки зрения научной достоверности этот миф ничем не лучше уже упоминавшейся нами «цифровой мистики» Большой пирамиды или время от времени мелькающих на страницах прессы голословных утверждений о том, что семена древнеегипетской пшеницы после трех-четырехтысячелетнего пребывания в гробницах (где их действительно иногда находят среди прочих жертвоприношений) будто бы не потеряли своей всхожести. Стоило этому «факту» стать достоянием широких слоев населения, как туристы начали довольно часто находить древние семена: об этом заботятся гиды и, надо сказать, не остаются внакладе.
История о «проклятии фараона» принадлежит к числу приятно щекочущих нервы занимательных баек, подобно широко растиражированным россказням о «проклятии алмаза Хоупа» и менее известным – о роке, который преследует жертв «проклятия монахов Лакромы (Локрума)». (Изгнанные с этого далматского острова монахи-бенедиктинцы прокляли его. Все последующие владельцы: император Мексики Максимилиан Габсбург, Елизавета Австрийская и кронпринц Рудольф, король Людвиг II Баварский и эрцгерцог Франц Фердинанд – погибли насильственной смертью.)
Основанием для легенды о «проклятии фараона» послужила, вероятно, безвременная смерть лорда Карнарвона, который скончался от укуса москита после трехнедельной борьбы с болезнью. Тотчас после его смерти раздались голоса о «возмездии богохульнику».
Вскоре нашлось место и для нового сообщения о «жертве проклятия Тутанхамона»: появилась статья под заголовком «Месть фараона». Затем заговорили о второй, третьей, седьмой, девятнадцатой жертве. Об этой последней извещалось, в частности, в телеграфном сообщении из Лондона, датированном 21 февраля 1930 года и опубликованном одной немецкой газетой:
Сегодня семидесятивосьмилетний лорд Уэстбёри выбросился из окна своей квартиры в Лондоне, расположенной на седьмом этаже, и разбился насмерть. Сын лорда Уэстбёри, который в свое время в качестве личного секретаря известного археолога Картера принимал участие в раскопках гробницы Тутанхамона, в ноябре прошлого года был найден утром мертвым в своей постели, хотя с вечера выглядел вполне здоровым и не жаловался на недомогание. Причина его смерти так и не установлена.
«Страх объял Англию…» – писала одна газета после того, как скончался Арчибальд Дуглас-Рейд, который хотел сделать рентгеновский снимок мумии. Двадцать первая «жертва фараона» – египтолог Артур Вейгалл – умер от «неизвестного вида лихорадки».
Затем сообщается о смерти А. К. Мейса, того самого, который совместно с Картером вскрыл погребальную камеру. В сообщении, однако, не упоминался тот факт, что Мейс был давно болен. Превозмогая недуг, он все-таки помогал Картеру, но в конце концов именно болезнь вынудила его прекратить раскопки.
Наконец, «покончив с собой в состоянии душевной депрессии», умирает сводный брат лорда Карнарвона, Обри Герберт. И – это действительно ошеломляет – в 1929 году от укуса какого-то насекомого умирает леди Карнарвон. К 1930 году из числа непосредственных участников раскопок остается в живых только Говард Картер[39].
«Смерть быстрыми шагами настигнет того, кто нарушит покой фараона» – так звучит один из многих вариантов надписи, якобы найденной в гробнице Тутанхамона и получившей название «проклятие фараона».
Когда в один прекрасный день появилось сообщение о том, что в Америке при таинственных обстоятельствах скончался некий мистер Картер и что фараон таким образом предостерегает самого первооткрывателя, расправляясь с членами его семьи, в дело наконец вмешались несколько ведущих археологов, которых возмутила вся эта газетная галиматья.
Первым выступил сам Картер. Как исследователь, он, разумеется, подходил к своей работе с благоговейным трепетом и чувством полной ответственности, но без того ужаса и содрогания, которых так жаждет падкая на сенсацию толпа. Назвав сенсационные публикации «смехотворными россказнями» и «обычными мистическими историями», он далее переходит к рассмотрению вопроса по существу.
