Хун-Каме не поцеловал ее. Вместо этого он просто наклонился к ней и прижался лбом к ее лбу, что было хуже любой его вольности.
– Слова – это семена, Кассиопея. Ты рассказываешь истории, истории дают жизнь мифам, а в мифах есть сила, – сказал он.
Кассиопея сцепила худые руки, сердце ее сжалось. Она кивнула, но ей хотелось возразить. То, что ты произносишь, получает силу, но то, о чем ты молчишь, может терзать сердце, разрывать его на куски.
А с уст бога сорвался вздох.
Вукуб-Каме бродил по садам своего дворца, смотрел на крошечных светящихся рыбок в прудах, дошел до озера и положил руку на сейбу, растущую рядом с водоемом. Дерево было крупнее остальных, и его массивные корни уходили под воду. Деревья в Шибальбе имели серебристый оттенок, но это было особенно ярким, его листья переливались в полумраке.
Озеро тоже было особенным – его воды ничего не отражали. Ни листика, ни ветки, ни даже силуэта Повелителя смерти на берегу. Хотя воды были чистыми, здесь не плавали рыбы: только огромный кайман прятался в глубинах.
Вукуб-Каме не мог прочитать знамения в этом озере, потому что оно хранило в себе память о первозданном хаосе, а предсказания действуют согласно принципам порядка. Одно вытекает из другого, каждая причина имеет свое следствие, а каждый шаг порождает другие шаги. Когда люди понимают это, они становятся предсказателями, а Вукуб-Каме был богом, и его прозорливости не было равных. По крайней мере, он сам так считал.
С тех пор как он покинул дом Штабай, он думал об известных ему фактах, и думал очень тщательно. В том числе о силе хаоса, вмешивающегося в его план. Будущее не открывалось ему.
К Повелителю смерти подошли два человека и низко поклонились. Анибал Завала и Мартин, за которыми он посылал.
– Ну, как тебе мое царство? – спросил Мартина Вукуб-Каме. Тяжелое обсидиановое ожерелье на его шее, казалось, придавало особый вес словам.
– Ин… интересное, – пробормотал Мартин. На самом деле он бы предпочел зажмуриться и не видеть всего этого.
– Как думаешь, сможешь пройти по дороге один? – спросил бог. Он был недоволен ответом, потому что боги, тщеславны, и он, конечно же, хотел услышать долгую хвалебную речь о красотах Черного города.
– Мартин делает прогресс, – сказал Анибал.
Вукуб-Каме зашагал по берегу, и мужчины последовали за ним, как собаки за хозяином.
– Твой брат мертв, Анибал, – как бы между прочим заметил Вукуб-Каме. – Проблема старого козла в том, что он всегда недооценивал трудности некоторых заданий.
Бог развернулся и уставился прямо в лицо Мартина.
– Слушай внимательно. Хун-Каме и девчонка скоро прибудут в Тихуану. Ты, Лейва, встретишь их.
– Я? – испуганно спросил Мартин. – Но зачем?
– Потому что я задаю тон этой игре с самого начала и хочу предложить твоей кузине определенные условия.
– Какие?
– Детали тебя не касаются. Ты встретишь их и любезно проводишь в Терра Бланка. А ты, Анибал, будешь с ними вежлив. Не нужно скрежетать зубами или надеяться на дурацкую месть.
– Они убили моего брата… – пробормотал Завала.
– Не драматизируй, это временное состояние.
– Это принцип, мой господин, и вы отлично знаете, как…
– Я отлично знаю, каким идиотом ты бываешь, – отрезал Вукуб-Каме. – Но я не заинтересован в дурацком шоу пиротехники или какой там еще магией ты владеешь. Хун-Каме и девушка должны быть встречены как почетные гости.
Анибал Завала помог с топором, лишившим Хун-Каме головы. Однако это не значило, что бог проявит милосердие к нему, если он ослушается.
– Встречать с почетом Кассиопею? – фыркнул Мартин.
– Следи за своим языком. Будешь говорить, когда тебя спросят.
Глаза Вукуб-Каме были цвета пепла, слишком долго пролежавшего в очаге и оттого остывшего. Если бы Мартин был повнимательнее, он мог бы заменить это и не лезть на рожон с самого начала. Но он был тупицей и замолчал, только когда его щелкнули по носу.
– Твоя кузина станет нашим лучшим другом, ей предложат деликатесы и преподнесут дары. Ты будешь разговаривать с ней вежливо и снова попытаешься убедить ее, что разумнее встать на мою сторону. Понимаешь, мальчик?
– Да, – кивнул Мартин.
– Убедись, что прогресс, о котором ты говоришь, станет реальностью, – взгляд Вукуб-Каме обратился к Анибалу.
Он даже не стал отсылать их – мужчины склонили головы и сами ушли; нетерпение повелителя заставило их нестись прочь на всех парах.
Вукуб-Каме остался у берега озера один, раздумывая над своими тревогами. Он понял, что нашел слабое звено в своем плане: Кассиопея Тун.
Девица являлась источником всех проблем, ведь это она открыла сундук. Но кому-то нужно было открыть сундук, и не важно, кому и когда.
Однако тут вмешался хаос.
Кассиопея, как крошечные лягушки-листолазы в джунглях, была опаснее, чем могло показаться на первый взгляд.
Она вовсе не была пешкой в его игре, как он полагал. Она была
