Всё это было… Было и ушло, стёртое в пыль безжалостными атаками её собратьев, и чем дольше она пребывала в этом саду, тем сильнее разгорался в её груди огонь мести.
Да.
Придёт время. Настанет момент, которого она так ждёт. Уже скоро, совсем скоро, через какие-то пару десятков лет, взмоют в небо корабли, чьи тела будут забиты рвущимися в бой людьми.
Её людьми.
Её чадами, в разум которых она столь предусмотрительно вложила любовь в матери, любовь к себе, любовь такую, перед которой пасуют все инстинкты самосохранения и которая, стоит только Ей повелеть, бросит Её детей в самое пекло.
И ведь – пойдут.
Побегут, спеша доказать свою любовь! Воздвигая гекатомбы тел, они, дети Её, сметут любое сопротивление, зальют кровью малейший намёк бунта и всё это – с Её именем на устах.
И что с того, что именем Её будут пугать покорённые народы? Миг – лет пятьдесят – семьдесят и новые поколения, родившиеся много позже той резни, будут радостно славить Её имя, видя в ней и только в ней свою Мать и Спасительницу. Её, ту единственную, которая, повергнув в прах прогнивших властителей прошлого, даровала им – именно им, любимым чадам Её, жизнь в этом чистом и волшебном мире.
Продолжая думать о своём, Ролаша остановилась и развернувшись в сторону мигом почтительно окаменевшей толпы садовых архитекторов, дизайнеров ландшафтов и прочих, принявших участие в создании этого чуда, милостиво улыбнулась.
– Что же, дети мои, – повела она рукой, указывая на буйство красок вокруг: – Вы…
В небесах полыхнуло белым, на миг превращая мир в контрастную, черно-белую картинку и прежде чем она успела удивиться, вспышка повторилась, заставляя замерших перед нею людей, вздрогнуть и прикрыть лица руками.
– «А реакция так себе», – автоматически отметила Мать Всех Живых, делая себе пометку заняться исправлением генотипа. Одновременно, не убирая с лица доброй материнской улыбки, она перешла на канал связи вызывая Савфа.
– Савф? Ответь мне? Что это было? Савф?!
Бог Познания не отвечал и Ролаша, продолжая частью сознания вызывать его, продолжила свою речь.
– Вы славно потрудились, – милостиво кивнула она, одновременно наблюдая, как в чистом небе появляются непонятные яркие пятна: – Я, Ваша Мать, довольна тем, что вы сделали.
– Савф! Оторвись от своих дел! – Уже раздражаясь на умника, наверняка с головой ушедшего в свои исследования, продолжала она слать вызовы: – Савф! Да что происходит?!
Часть её сознания, та, что продолжала слать смертным милостивую улыбку вдруг напряглась, ощущая нечто неприятное, незримо повисшее в воздухе и тут, по замершей со склонёнными спинами толпе, прошло движение.
– Ты?! Довольна?! И только?! – Выскочивший вперёд мужчина, Ролаша мигом вспомнила его – то был биолог с западного материка, затряс над головой сжатыми кулаками: – Довольна?! И только?! Да ты хоть знаешь? Каких! Трудов! Нам! Это! Стоило! – Сделав шаг к ней он плюнул на белый песок дорожки, доставленный с далёкого побережья: – Ты! Да мы тут!
Более ничего произнести он не успел – невысокий азиат, вспрыгнувший ему на плечи сзади, опрокинул биолога навзничь, и прежде чем тот успел понять, что происходит, принялся бить его ногами, сопровождая каждый удар гневным воплем.
– Ты! Смеешь! Её! Мать! Нашу!
– Твою мать! – Чернокожая и очень крупная женщина, она, как помнила Ролаша, отвечала за системы полива, набросилась на азиата, а ещё через несколько секунд перед Богиней начало твориться и вовсе непотребное зрелище – драка.
Осторожно отступив назад – нехорошие предчувствия просто переполняли её, Ролаша беспомощно оглянулась – подобного просто не могло быть!
Никак!
Никогда!
Её дети?!
Такое непочтение?
– Ролаш? – Появившийся наконец на канале связи образ Савфа был нечётким и словно тающим в воздухе: – Я всё. Убит. Атака на корабль. Оружие распада, – его образ заколебался, но прежде чем окончательно раствориться в воздухе, он успел выпалить: – Выживи! Отомсти! Я сбрасы…
Образ пропал и Ролаша почувствовала, как по её спине ползёт давно позабытый холодок отчаяния. Это был конец.
Без Савфа, с его технологиями, ей было не по силам не то что построить флот, нет, без его помощи она не могла создать даже самый примитивный кораблик, способный оторваться от поверхности этого вовеки проклятого мира.
Впереди послышался топот множества ног и Ролаша, Богиня Этого Мира, гордо выпрямилась, готовясь встретить спешащих к ней на помощь слуг.
– Вы! – Её рука, стоило взмыленным людям выскочить из-за поворота, описала красивую дугу, указывая на рычащее переплетение тел: – Уймите их! Ибо оскорбляют они своим видом…
– Уйму! – Офицер Раймонд, старший сегодняшней смены, и только час назад стоявший перед ней на коленях, клянясь в вечной любви, сейчас неприятно оскалился и стерв с лица перемазанный пылью и кровью пот, выплюнул прямо ей в лицо.
– Отряд! Беглым! По твари! Огонь!
Остановить пули было ей по силам даже сейчас. Чуть сдвинув брови и гордо откинув голову, она окинула стрелков презрительным взглядом и пули, выпущенные ими, послушно замерли в воздухе не долетел пары метров до цели.
