– Абсолютно! Первый сход с орбиты две недели назад и точно в момент апогея – появление «Звезды». В дальнейшем, каждый раз, когда «Гость» приближался к Земле, свечение объекта «Звезда» усиливалось, а шесть дней назад, когда «Гость» приблизился к поверхности Земли на сто сорок тысяч километров, произошло событие, известное под названием «Лик Богородицы», приведший к возникновению массовых психозов на религиозной почве и, как следствие, к жертвам среди гражданского населения.
Генерал молчал и Семеров, воспользовавшись паузой, сделал быстрый глоток минералки.
– Андрей Варфоломеевич, товарищ генерал-лейтенант, – продолжил он, чуть склонившись над впавшим в задумчивость высоким начальником: – Прошу вас! Доведите эту информацию до первых лиц! Я уверен и тут сомнений быть не может – «Гость» и массовая истерия, охватившая население Земли, ждущее появление так называемой «Богородицы», эти события взаимосвязаны!
– Истерия?! – генерал поднял голову, и полковник попятился, поражённый ярости, бушевавшей во взгляде проверяющего: – Так Называемой?! Вы что себе позволяете, полковник?! Как вы смеете так говорить о Ней?! – Не сдерживая эмоций генерал-лейтенант вскочил на ноги и затряс кулаками перед лицом стремительно бледневшего офицера: – О Богородице! Которая домой, на Русь святую, возвращается!
– Но товарищ генерал-лей…, – попробовал было выстроить защиту Семеров, но это было бесполезно. Схватив со стола фотографии, Андрей Варфоломеевич принялся рвать их на куски, а когда с бумагой было покончено, швырнул в лицо полковника пригоршни клочков:
– Вон! Вон отсюда! – Надсаживаясь, генерал затопал ногами и Крепов, справедливо опасавшийся за здоровье налившегося кровью начальника, подхватил его под руку, одновременно вытаскивая из внутреннего кармана плоскую флягу, припасённую им на конец докладов и становясь между генералом и его жертвой, вытянувшейся по стойке смирно.
– Вот, Варфоломеич, глотни, – он почти насильно воткнул в рот проверяющего флягу и когда внимание последнего переключилось на содержимое, незаметно махнул рукой, прогоняя Семерова из зала совещаний.
– Нет, ну какая змея! – Медленно остывал генерал-лейтенант, мелкими глотками смакуя коньяк: – Я, Михалыч, просто поражён – как ты, такой опытный старый лис, и пропустил подобную… Подобную… Эээ, – махнул он рукой: – Мразь! Так о Матери нашей! Да как у него язык повернулся! Истерия! Так называемая!
– Так спец он хороший, понимаешь? – Крепов покосился было на флягу, после произошедшего лишний глоток был бы кстати, но решил оставить всё старому товарищу: – По всем показателям – отлично, ну а что в душе… Сам же знаешь – чужая душа потёмки. Я так думаю – свихнулся он.
– Думаешь? – Заметив его взгляд, брошенный на флягу, Андрей Варфоломеевич протянул её было начальнику базы, но видя как тот отрицательно замотал головой, вновь поднёс горлышко к губам.
– Уверен, – с трудом сдержавшись, чтобы не сглотнуть, качнул головой Крепов: – Сутками из дежурств не вылезал. А жаль – спец он отличный, от Бога! Теперь-то что? В отставку выпинать?
– Зачем в отставку? – Алкоголь делал своё дело, и генерал медленно возвращался в привычно себе, размеренно-удовлетворённое состояние: – Сделаем так – проблемы ни мне, ни тебе не нужны.
– Это верно.
– Вот. А срыв… Ну что поделать, бывает. Особенно от усердия. Своим я молчать скажу, а ты, братец, отправь-ка его на свежий воздух. Подальше от приборов этих ваших. Склад какой охранять поставь.
– Полковника?! Склад?!
– Да, склад. И не морщься. Найдёшь что-то важное в своём заведовании. Такое, куда и генерала не грех законопатить. Найдёшь?
– Ну… – Быстро перебрав варианты и найдя подходящий, Крепов кивнул: – Есть у меня тут один. Подходящий. С боеголовками.
– Ядрёными? Хорошо, – залив в себя последние капли, Андрей Варфоломеевич с явным сожалением вернул флягу хозяину: – За проверку – не переживай, своё «отлично» ты заработал. А что до перевода в Москву, тут, брат, подождать надо. Мои-то, конечно молчать будут, – повторил он, внимательно глядя на товарища: – Но поношение Богородицы – вещь серьёзная. Если выплывет – сам понимаешь.
– Понимаю, – кивнул начальник базы, давая себе слово законопатить опального полковника так, что пресловутая Новая земля, или иное место, куда Макар телят не гонял, покажется тому просто раем по сравнению с утраченным по своей глупости местом на базе.
День, когда Богородица обратилась к жителям Земли, многие, позже, предлагали назвать первым днём Святой Эры. И это было не удивительно – Её обращение, случившееся после Чуда с Ликом, было бесспорным Чудом с большой буквы «Ч», окончательно посрамившим неверующих и заставившем всех несогласных смолкнуть и попрятаться по углам, не рискуя высказать хоть малую толику критики о произошедшем.
А как иначе?
