– Нет. – Капюшон-Рэй медленно опустилась на стул. Даже столь незначительные усилия дорого ей стоили. – Используй ее. Отправь на поиски Кахана. Пусть доставит его живым. – Потом она улыбнулась, и Сарадис увидела мерцание безумия, которое камень внес во время ее возвращения. – Я хочу, чтобы мой брат знал, что выбрать следовало меня, Нахак Дю-Нахири. Я хочу, чтобы он умолял сохранить ему жизнь и мечтал мне служить. – Она подняла взгляд, каменно-синие глаза, в которых плескалось безумие, остановились на Сарадис. – Я хочу, чтобы он умолял, Сарадис, в точности как ты.
– Конечно, Капюшон-Рэй.
Я умерла?
Я совершенно определенно помню, как я умирала.
И это совсем не то, чего я ожидала.
Для начала, здесь очень темно.
Книга седьмая из девяти[1]. Удивительно, что я продолжаю сидеть на диване, занимаясь этим, и, как всегда, я не смог бы справиться без моего агента, Эда Уилсона из «Джонсона и Алкока», и редактора, замечательной Дженни Хилл, а также всей команды из «Орбит».
Я надеюсь, что вы получили удовольствие, проведя время с Каханом (хотя не уверен, что вы хотели бы находиться с ним рядом). Его прошлое связано с будущим, от которого он не может спастись, как и не в силах убежать со своей фермы, деревни Харн или от непостижимых богов Вирдвуда.
Полагаю, по своей сути «Боги Вирдвуда» рассказывают о попытке бегства. Мы постоянно пытаемся сбежать, а даже если и нет, наступает время, когда мы совершенно определенно этого хотим. От самого простого бегства, сидя за клавиатурой, не желая начать писать, до более серьезных попыток – поехать в другую страну, оставить все, что ты знаешь, за спиной – мы находим все то же самое. То, от чего мы убегаем, остается на прежнем месте, когда мы возвращаемся. Или, как Кахан, то, от чего мы убегаем, оказывается совсем не тем, что нам казалось, – на самом деле это мы сами, а от себя убежать невозможно.
Конечно, в книге нам приходится быть несколько более буквальными. Кахана раз за разом влечет туда, где все началось, он не может спасти то, чем является, и ему приходится встречаться с этим лицом к лицу. Только так он может отыскать хотя бы немного спокойствия. Впрочем, мир – это совсем не то, что он может найти в Круа.
Одно из главных удовольствий при написании трилогии состоит в том, что ты можешь не спешить и заложить хороший фундамент. События в «Богах Вирдвуда» кажутся сравнительно простыми, но, в точности как семена под Харном, они лишь начало, и из них вырастет нечто более необычное и сложное. Лишь очень немногое в Круа таково, каким кажется, или является таким, как думают живущие здесь люди. Я получил огромное удовольствие, когда писал эту книгу, понимая, в какие места она меня приведет. Я вижу побеги и боюсь, что вам остается лишь гадать о том, во что они превратятся.
Они обязательно вырастут и изменят основы того, как быть живыми и как люди могут меняться, что меня завораживает.
Р. Дж. Баркер.
