Можно ли было назвать ее неразборчивой женщиной? Нет, конечно же, нет! Хотя она и имела троих внебрачных детей... Одного ребенка ей навязал Дэйли, двое других — плод ее союза с Ричардом, который клялся, что женится на ней. Она испытывала злость к этому человеку, которому готова была стать верной женой, которого любила всем сердцем и который благодаря ей жил в прекрасных, если не роскошных условиях. И несмотря ни на что, он не может сделать для нее только одного, о чем, он знает это прекрасно, она просит уже давно. Он был труслив и эгоистичен, по непонятной причине знакомство с герцогом Кларенсом сделало это более очевидным для нее.
По крайней мере, решила она, она не станет вести больше никаких разговоров с этим молодым человеком.
Однако в этом Дороти ошиблась, ибо на следующий вечер герцог снова был в балконной ложе, и не оставалось никаких сомнений в том, что единственная цель его визита — видеть миссис Джордан.
Он появлялся в театре каждый вечер и после спектакля проходил за кулисы. Они беседовали, как в первый вечер, потом она говорила ему, что мистер Форд ждет ее, чтобы ехать домой. Ему скоро это надоест, говорила она себе. Без сомнения, он настроен на более легкую победу. Однако он совсем не выглядел разочарованным, он всегда смотрел на нее с восхищением и не выражал неудовольствия ее отказом поужинать с ним.
Его внимание не прошло бесследно для Дороти, и ее игра стала даже более яркой и живой, чем прежде. Она не была точно уверена, кому в первую очередь старается доставить удовольствие — молодому человеку в балконной ложе или всем остальным зрителям в зале.
Однажды после спектакля он сказал ей:
— Вы находите меня не слишком настойчивым?
— Самым настойчивым театралом в зрительном зале, поверьте.
— Моя настойчивость не в том, что я хожу в театр, а в том, что я хожу в театр, чтобы восхищаться вами.
— Для меня это очень большая честь.
— И все же вы снова откажетесь поужинать со мной.
— Ваше Высочество, я хотела бы, чтобы вы поняли мое положение.
— Я понимаю его. Я разузнал о вас все, что смог. Я знаю, что вы привязаны к мистеру Форду и сохраняете верность ему в течение многих лет.
— Тогда вы понимаете, что я принадлежу к преданным и верным людям.
— Я вел бы себя точно так же. Тоже был бы преданным и верным.
— Я доказала свою верность, — сказала она с улыбкой, — и намерена ее сохранить.
— Я хотел бы иметь возможность доказать свою.
Он почти с благоговением накрыл своей рукой ее руку.
— Я не могу больше молчать, — сказал он. — Я вас люблю. С того самого вечера, когда увидел вас впервые. Если бы это было возможно, я бы просил вас стать моей женой. Но я не могу этого сделать. Мне пришлось бы просить согласия у моего отца, а он его никогда не даст.
Дороти не смогла сдержать горестной улыбки. Все повторяется сначала, но сейчас это правда. Будучи сыном короля, он имеет возможность занять трон, если у его старших братьев не будет законных детей, этот молодой принц станет королем. Его положение отличается от положения Ричарда, и она была с ним согласна.
— Но, — продолжал он, — хоть я и не могу жениться без разрешения короля, я могу совсем отказаться от женитьбы, — и я намерен так поступить. Для нас это будет браком... как совместная жизнь моего брата с миссис Фицгерберт. Я хочу жить достойно... как женатый человек, и быть верным одной женщине всю жизнь. Теперь, когда я встретил вас, я твердо уверен, что существует только одна женщина в мире, способная сыграть такую роль в моей жизни, и эта женщина — вы.
— Вы очень добры, — ответила она, — но я занята.
— Ричард Форд вам не муж.
— Мы поженимся в свое время, и он отец двух моих дочек.
— У нас с вами тоже могли бы быть дети. Она покачала головой.
— Я никогда не забуду, какую честь вы мне оказали, но я считаю себя женой мистера Форда, а ведь вы сами про меня сказали, что я — верная.
— Я никогда не перестану любить вас, — заверил он ее. — И я не перестану надеяться. Вы поужинаете со мной сегодня?
— Я должна отказаться, — смеясь, ответила она. — Меня ждут дома.
Уильям навестил брата в Карлтон-хаус и был принят Георгом в библиотеке, окна которой выходили в сад.
— Как красиво у тебя здесь! — воскликнул Уильям, усаживаясь в кресло и глядя печально в сад.
— Это само не растет, — напомнил ему принц Уэльский. — Я потратил уйму времени, понадобились советы архитекторов и мастерство художников, но, наконец, я устроился здесь не хуже, чем в Брайтоне. Ты давно не был в Павильоне, Уильям. Ты должен приехать. Как продвигается ремонт в Кларенс-лодж?
— Очень хорошо. Но я пришел не для того, чтобы говорить о домах.
— Не о домах? Тогда о чем же?
— О женщинах. Вернее, о женщине.
— Миссис Дороти Джордан?
— Откуда ты знаешь? Принц рассмеялся.
