Лакомка хмурится, ощущая неприятное напряжение внутри.
Организация? Та самая? Межмировое сообщество сильнейших магов? И это её Председатель? Да он же по силе сопоставим с богами… О нём ходили страшные слухи уже сотни лет.
Бессменный Председатель Хоттабыч. Легенда, фигура, стоящая вне времени, вне законов. Сколько миров видели его силу? Сколько раз он вмешивался – или наоборот, отступал, позволяя событиям идти своим чередом?
И как… Как именно Олежек притянул его сюда?!
Канал связи должен быть защищённым. Защищённым от всего. И всё же этого древнего мага притянуло в детскую её сына. Как?!
Она выдыхает, пытаясь собраться, и ровным голосом спрашивает:
– Вы можете прервать связь и вернуться, откуда пришли, уважаемый? Или мне позвать родовых телепатов?
Председатель Организации кивает, глаза лукаво сверкают.
– Конечно, я и сам справлюсь. Приятно было познакомиться, принцесса Люминария. Очень рад, что у народа альвов столь славный продолжатель.
Он делает паузу, потом, как будто между делом, добавляет:
– Как я понимаю, в этом мире вы – Лариса Вещая-Филинова?
Лакомка кивает, не сводя с него глаз.
– Да.
Старик улыбается, но в этой улыбке чувствуется что-то неестественное – ни теплоты, ни доброжелательности, только скрытая работа мысли, лёгкая тень чего-то… настораживающего.
– Передавайте привет конунгу Даниле. Скажите ему, что мы ждём ответа на предложение о присоединении к Организации. Сейчас это стало ещё актуальнее.
В следующий миг его образ рассеивается.
Иллюзия сжимается, дрожит, словно умирающее пламя, а затем гаснет, оставляя после себя едва слышный шёпот магии.
Лакомка молча смотрит на потухшую рябь в воздухе, задерживает дыхание, словно прислушиваясь, не осталось ли чего-то ещё.
Тишина.
Она медленно переводит взгляд на Олежку.
Малыш зевает, сладко потягивается, хлопает глазками, а потом блаженно улыбается, совершенно не понимая, что только что произошло.
Лакомка качает головой, голос у неё тихий, но пропитанный иронией:
– Ты у меня, конечно, молодец…
Она вздыхает, прикрывает лицо ладонью, потом бормочет:
– Большой молодец, Олежек. Теперь папе придётся это как-то разгребать.
Мы прибываем в порт. Джип плавно останавливается у гаража, стоящего прямо у береговой линии. Пахнет солью, водорослями и старым железом, издалека доносится крик чаек, где-то глухо бухает волна.
Серафим первым выходит из машины, зябко передёргивает плечами и жестом показывает нам следовать за ним. Мы заходим внутрь, в полумрак гаража, где он ведёт нас дальше, туда, где стоит…
– Ну вот, ваша лодка.
Светка мгновенно скрещивает руки, взгляд становится предельно цепким.
– И что это за ржавое корыто?
И, надо сказать, вопрос вполне уместный.
Катер выглядит жутковато. Весь ржавый, как будто его сто лет не чистили. Борта облупленные, на палубе какие-то потёртые ящики, создаётся стойкое ощущение, что этот кораблик видел слишком много шторма и пережил куда больше, чем хотелось бы. Ещё немного – и он сам начнёт рассказывать морские байки.
Но мотор…
Лопасти новенькие. Чистые, гладкие, блестят даже в тусклом свете ламп.
Серафим пожимает плечами, будто заранее готовился к недовольным комментариям:
– Электрический двигатель. Не последняя модель, но очень неплохой. Дорогая штука.
Я ныряю в мысли работников, которые стоят рядом, лениво наблюдая за нами, проверяю, не втирает ли нам Серафим лапшу.
Нет, не втирает. Чистая правда.
Киваю:
– Берём.
Светка фыркает, качает головой:
– Ну да, раз бесплатно дают.
Рыбак засмеялся, хлопает себя по бедру:
– Правильно мыслите, сударыня!
Он машет рукой своим рабочим, которые ошиваются возле гаража, лениво жуют семечки и перекидываются парой фраз.
– Давайте, парни, сгружайте. Ставьте в воду.
Один из работников потягивается, бросает через плечо:
– Куда плывём, Серафим? На лов?
Руководитель артели ухмыляется, качает головой:
– На лов, да только не мы. – бросает на меня быстрый взгляд, потом громче, чтобы слышали все: – Катер дарю гвардии Вещих-Филиновых. За то, что избавили нас от Герасима Буревестника.
Работники переглядываются, кто-то кивает, кто-то усмехается:
– И то верно.
Оживляются. Один перетаскивает трос, другой проверяет крепления. Лебёдка скрипит, металл глухо постукивает, лодка чуть покачивается, словно раздумывает, хочет ли она снова на воду.
Пока работники занимаются катером, я отхожу в сторону вместе с Серафимом и Светкой.
– Я тебе чек за катер выпишу, Серафим, – говорю буднично. – И не спорь.
Рыбак удивлённо поднимает брови, щурится, будто не до конца понял:
– Зачем? Сказал же – не парьтесь.
Я пожимаю плечами, отвечая спокойно:
– Не привык брать хорошие вещи даром.
Мысленно связываюсь с Ломтиком, передаю команду достать чековую книжку и ручку.
Вообще, у меня в Невском замке давно наготове лежат целые коробки с нужными вещами. Всё разложено по лоткам – в одном лежат анабиозные уисосики, в другом письменные принадлежности, в третьем гранаты, в четвёртом… ну, мало ли что может понадобиться. Ломтик уже натаскан передавать мне предметы из нужного лотка через теневой портал, так что процесс отлажен до секунды.
