— Предлагаю другой вариант. Олечка и так связана с Данилой, она его посредник в переговорах с Ци Ваном. Так почему бы не использовать это для сближения? Пусть эта связь станет крепче.
Владислав Владимирович задумчиво барабанит пальцами по подлокотнику кресла.
— Это будет усиление рода Вещих-Филиновых, — медленно произносит начальник Охранки. — Подчеркну — очень мощное усиление Данилы. Максимальное приближение его к царскому роду. Это изменит баланс сил. Будет много недовольных. В первую очередь — Семибоярщина.
Царь усмехается.
— Нашел кого бояться, тоже мне! У тебя уже достаточно поводов схватить эту Семибоярщину за зад, особенно после их попытки навредить Даниле через Воробьёвых. А скоро они ослабнут ещё больше. Как только Данила выиграет гонку в Междуречье и заберёт его себе, боярское влияние резко упадёт. Напротив, Владик, связь с Данилой надо укреплять. Он активно захватывает Боевой материк, а это огромные напаханные земли, населенные аномальными зверями. Вот и думай. Разработай план сближения, оцени все риски и начинай воплощать, — Царь бросает взгляд на часы. — Пожалуй, давай закругляться.
Владислав поднимается, ухмыляется и, уже с лёгкой насмешкой, бросает:
— Есть, закругляться, Ваше Величество.
Перед очередным привалом я спрыгиваю с Мохнатыча, и ко мне сразу подходит Бур. Его лицо серьёзно, а в глазах сквозит странное удовлетворение — такой взгляд бывает у человека, который прошелся по краю и чудом выжил.
— Конунг, мне тут друзья доложили… — огромный шакахар делает паузу, будто собираясь с мыслями, поглядывает на меня исподлобья. — Помнишь, когда нас заманивали те лживые красные огни? Ты еще с принцессой вдвоем пошел разведать. Так вот, эта история для генерала Зодра обернулась потерей половины людей. Половины, конунг!
Он поёжился, массивные плечи вздрогнули, словно две каменные глыбы.
— С тобой, оказывается, опасно связываться… — пробасил он, усмехаясь, но без веселья. — А ведь Зодр меня к себе звал. Повезло, что я выбрал тебя.
Я усмехаюсь, покосившись на него.
— Ну, вообще-то ты выбрал группу принцессы Айры. Как и я. И да, мы оба сделали правильный выбор.
Бур тут же кивает.
— Как скажешь, конунг. К принцессе — значит, к принцессе.
Светка, сползая с бока Мохнатыча, хмыкает, поправляя ремни.
— Тебе реально повезло, Бур. Мог бы оказаться в той самой несчастливой половине группы Зодра.
Бур передёргивает плечами, будто только что увернулся от невидимого удара.
— Да уж…
Прошло ещё пару дней с начала Гона. Мы продолжаем охотиться, ловить и загонять стаи. Ещё четыре пойманных стаи цесарок отправлены в Шах, пять стай убитых гренди ушли в морозильники.
Цесарки из моей доли затем отправятся на ферму в Тавиринии. У тавров таких птиц в разведении ещё не было. Интересно, какие у них яйца — может, огромные как у страусов? Да и мясо стоит попробовать, вдруг окажется деликатесным.
Что касается Зодра… Он пережил ту травлю гренди. По слухам, потерял руку, но Целители её восстановили. Только вот с людьми ему повезло меньше: из трёхсот бойцов осталось сто пятьдесят. Теперь у него столько же, сколько у Айры и Бура.
Понос генерал тоже пережил. Всё-таки местные травники-шакхары знают, какие лопухи от чего помогают, так что доконать его ослабительным, как боярина Хлестакова, оказалось бы не так просто. Но возможно. Лакомка — лучшая травница на свете. Если использовать ее талант на полную, никакие Целители не поднимут. Но на Зодра у меня другие планы.
Айра оборачивается ко мне, поправляя кожаную куртку, её взгляд вопросительный:
— Конунг, может, сделаем привал?
Я осматриваю местность, подмечая впереди знакомый изгиб рельефа.
— Чуть дальше. Там будет лавандовая полянка для Мохнатыча и мята для Змейки.
Она кивает, и мы проходим еще пару километров.
На привале костёр потрескивает, разбрасывая искры в прохладный вечерний воздух. Я сижу на поваленном дереве, наблюдая, как Мохнатыч с аппетитом жуёт лаванду, время от времени закидывая хоботом в рот охапки душистой травы. В стороне Змейка с наслаждением развалилась в зарослях мяты, шевеля хвостом.
Настя подгадывает момент и опускается рядом на полено, внимательно глядя на меня.
— Даня, — негромко говорит жена, наклоняясь ближе. — Я слышала, как Бур разговаривал по артефакту связи. Он сказал кому-то: «Бросайте всё и двигайтесь сюда».
Я усмехаюсь, бросив взгляд в сторону Бура, который что-то негромко обсуждает с Айрой.
— Да, мы это с ним уже обсудили. Он просто даёт своим товарищам в других группах дельный совет — поклясться в верности Айре. Бур — умный мужик, быстро смекнул, что за ней будущее. Присоединиться к нам уже группы не смогут, но клятву дать — еще как.
Настя задумчиво глядит на ликанку.
— Значит, наша Айрочка станет королевой Шакхарии?
Я приподнимаю бровь. «Наша»? Хм… в каком смысле? После аппетитов Лакомки мне уже кажется, что все жёны только и думают о расширении гарема.
— Ну, если говорить про королеву — к этому всё и идёт.
Рыжая оборотница кивает, но видно, что в голове у неё крутятся свои мысли. Читать их я не собираюсь.
