— Ты хотел сыграть по своим правилам, эмир, — произношу, направляя голос через магию Воздуха в противоположную сторону от себя. Поток завихряется, уносит слова, искажает направление. — Но у нас тут другой климат.
— А-А-А! Умри! — предсказуемо ведется он.
Могу его завалить с одного пинка, но решаю, что пусть-ка им лучше займется теща. А то она столько от него наслушалась, что заслужила моральной компенсации.
Пока эмир лупит фаерболами в бетонную стену, скрытую туманом, подключаюсь к Алире мысле-речью:
— Прыгай. Пять часов, низко.
— РА-А!
Алира делает резкий рывок, летит через туман, как волчий снаряд. Удар в спину эмира — точный, звериный. Тот теряет равновесие, пошатывается, пытается удержаться…
И в этот момент я наношу удар прямо в лоб.
Клинок Тьмы входит под углом, выбивает искры из огненного шлема. Раздаётся звон, будто колокол треснул. Эмир заваливается навзничь, с глухим стуком грохочет об ледяной пол.
Не даю ему и шанса: на грудь падает пси-граната. Разряд проходит по телу, по нервам, по сознанию. Волна чистой тишины — и всё. Эмир больше не двигается, хотя еще жив.
Другие же афганцы уже полминуты как мертвы.
— Фааааака, — довольно тянет Змейка, стряхивая окровавленные когти. — Слабаки-и-и.
Эмир лежит, из последних сил держа доспех. Алира, всё ещё в зверином облике, с диким азартом грызёт его шлем, будто банку сгущёнки. Стихийная защита скрипит. Она рычит и шипит, наслаждаясь моментом.
И тут…
Воздух дрожит. Над крышей зависает вертолёт, разгоняя лопастями остатки тумана. На борту — эмблема: золотой лев в синем круге. Ну здравствуй, «Новостной лев».
Из рупора доносится голос княжны Ольги Гривовой:
— Данила Степанович! Прошу вас, не убивайте его! Эмир Хорасана прибыл с дипломатической миссией! Министерству иностранных дел он нужен живым… и желательно невредимым!
Мы с Алирой переглядываемся. У неё в зубах — ухо эмира. Она смотрит на меня. Я смотрю на неё. Затем альвйиская королева выплёвывает ухо за край крыши и делает вид что не причем.
Я вздыхаю. Смотрю наверх, щурясь в сторону прожектора.
— Невредимым уже не получится, — вздыхаю.
Вертолёт завис над крышей ресторана, винты с гулом гнали вниз струи воздуха. Княжан Ольга Гривова стояла у открытого люка, прижимая к голове длинные светлые волосы рукой — ветер пытался растрепать их, но ей было не до прически, лишь бы пряди в глаза не лезли. Княжня смотрела вниз.
Картина внизу была… сенсационной.
Данила Степанович стоял над поверженным эмиром, словно из рекламного ролика «Царство решает». Вокруг — лёд, дым, отблески пламени на металле, а рядом белая тигрица, деловито грызущая кусок шлема.
Ольга опустила рупор.
— Снимай. Что ты стоишь? Это кадр недели.
Оператор мямлил, но уже поднимал камеру, ловил ракурс, быстро настраивал фокус под свет прожектора.
— Да-да… вот так… Есть…
— Камера не дрожит? Мне нужна уверенность. Мы это выведем в прайм.
— Всё отлично, Ольга Валерьевна, — отозвался он.
Сбоку, перегнувшись через сидение, один из ассистентов подал голос:
— Ольга Валерьевна, на паре этажей ниже там афганец повис на подоконнике. Видимо, его сбросили с крыши. Если быстро подлетим — можем его перехватить. Ещё живой вроде.
Ольга прищурилась. Действительно — там, чуть ниже, на выступе, цеплялся за воздух человек в восточном кафтане. Княжна задумалась на секунду. С одной стороны — спасение какого-то афганца, явно врага Данилы Степановича. С другой — ракурс.
— Ольга Валерьевна?.. — поторопил помощник. Но в этот момент раздался вскрик от репортёра у противоположного борта: — Ой. Всё. Упал.
— Жаль, — сказала Ольга сухо, уже абсолютно отстранённо. — Но не будем отвлекаться. Камера, держи план. Я хочу этот дым, чтобы он шёл за спиной, как крылья. Понял?
Мысли её давно ушли дальше — к Золотому Дракону. Княжна ловит себя на том, что представляет, как они с Данилой Степановичем парят на ночной Москвой. А то, что она выбьет у Данилы Степановича очередной полет, Ольга Валерьевна даже не сомневается.
Но прежде, конечно, придётся разрулить дипломатический скандал с Хорасаном.
— Заказывайте еду, охотники. Передохнём и двинемся дальше, — распорядилась Айра, оглядев питейное заведение и сочтя его приемлемым.
Принцесса Шакхарии остановилась в придорожном кафе, сопровождаемая пятёркой шакхаров и двумя гвардейцами из рода Вещих-Филиновых. Их путь был заранее спланирован: в Будовске их встретили люди конунга Данилы, пересадили с шестилапых скакунов в автомобили и отправили в сторону Перми.
Там, в аэропорту, их ждет самолёт.
Кафе, типичное для Пермского княжества, оказалось на удивление многолюдным. Почти все столики были заняты — но не простыми путниками, а вооружёнными людьми. И лишь спустя мгновение стало ясно, что это не просто посетители, а гвардия. Чья — выяснилось сразу.
К столику Айры подошли трое — щеголеватые молодчики с гербовыми кольцами. Аристократы местного разлива.
