Ольга Валерьевна смотрит на меня встревоженно. В её взгляде — одновременно вопрос и предупреждение:
— Данила Степанович, ты не поторопился?
— Отнюдь, Ваше Высочество. Общество Некромантов, — говорю я спокойно, глядя на неё, — контролирует кладбища столицы. Одно из них сошло с ума, причем именно в момент, когда я находился там лично. Это чуть не стоило жизни моей подданной, между прочим. Не говоря уже о нарушении всех протоколов безопасности. Так что нет, Ольга Валерьевна. Не думаю, что поторопился.
Она кивает понимающе.
— В таком случае меры вполне оправданы, — подтверждает княжна. — Мы же не можем игнорировать случившееся. Об этом даже в газетах уже пишут.
Я продолжаю:
— Кто-то из столичного Общества Некромантов явно причастен. Возможно, даже не один. Я не исключаю внутреннюю координацию.
Соболёв, похоже, вот-вот лопнет:
— Это невозможно! — он буквально орёт. — Да как вы смеете⁈ Вы не имеете права! Ни один дворянин не может захватывать дочернюю структуру магистрата! Это всё равно что… что захватить больницу! Или отделение полиции!
Я поднимаю взгляд:
— Сергей Семёнович, если в больнице начнут выращивать чуму — я захвачу и её. Если в полиции начнут убивать подданных моего рода — я захвачу и полицию.
— Это самоуправство!
— Вы преувеличиваете, при всём моём уважении, Сергей Семёнович, — произношу спокойно. — Общество Некромантов
Пауза. Соболёв хмурится. Ну а что он думал? Что я не подготовлюсь? Трижды «ха»!
— У магистрата нет на них контракта на вечное подчинение магистрату, — продолжаю– Кроме того, не думаю, что они располагают какой-то критически важной конфиденциальной информацией. Ну… разве что по крематориям?
— По крематориям?.. — переспрашивает княжна Ольга, слегка наклонив голову. — А что там?
И тут Соболёва будто подменяют. Он резко подаётся вперёд, торопливо, чуть сбивчиво:
— Да ничего там серьёзного, Ольга Валерьевна! Совершенно обыденная отчетность! Данила Степанович, честно, думаю, вы меня убедили. Ничего страшного не произошло, а проблему с Обществом мы уладим с вами.
Я киваю:
— Согласен с вами, Ваше Сиятельство.
Ага. Конечно. Крематории — это как раз тёплая коррупционная кормушка градоначальства. И теперь князь Соболев будет как шёлковый. Потому мои родовые телепаты уже начали работать с некромантами и очень вовремя раскопали эту схему.
В этот момент у меня в кармане звонит мобильник.
— Извините, — бросаю, вставая из-за стола.
Ольга Валерьевна кивает, сдержанно, но с интересом.
Поднимаю трубку:
— Что случилось?
— Это Дятел, шеф. Телепаты нашли виновника. Того, кто поднял нежить.
— Ну не должен был ты кушать этого лося, — строго сказала Камила, уперев руки в бока и с упреком глядя на Дракона. — Ну вот зачем, Золотик?
Золотой Дракон виновато шевельнул крыльями. Хвост извивался по траве.
— Ну как было удержаться?.. — пробурчал он по мыслеречи. — Этот рогатый сам в пасть пошёл, а он большой и вкусный. Я держался почти целый день без говяжки…
— Почти целый, — повторила Камила, перекатывая слова. — А потом увидел лося — и всё. До свидания, судьба, в которую ты веришь. Прощай, Одарение. Духовный рост? Пиши пропало.
Золотой тихо фыркнул и съёжился перед сударыней, которую с дальнего расстояния и при его габаритах можно было бы даже не заметить на фоне его огромной, желточешуйчатой массы. Потом неловко откашлялся, будто собирался что-то сказать.
— И что мне Даниле сказать?.. — начала было Камила, но Дракон продолжил громко кашлять.
С характерным
Брюнетка опустила взгляд.
— Золотик! Ты ещё и вепря захавал⁈ Да сколько ж можно⁈
На следующее утро Кира очнулась в своих апартаментах. Ощущение, будто кто-то разогрел ей мозг изнутри паяльной лампой. Воспоминания о вчерашнем были смутные: вроде бы её привезли гвардейцы Данилы… да, точно. Она была, мягко говоря, вдрызг. По дороге назад она ещё пару раз приложилась к бутылке с царской водкой —вернее, не с водкой, а с зельем Дани. После стресса, когда Даня сражался с целым кладбищем, Кира просто не могла не бахнуть полбутылки.
Где-то между позором и весельем она зачем-то завернула в музей. Или это был ресторан? Крабовый? Да, точно крабовый. А потом началась ночная прогулка, и мозг честно вымыл события вон вместе с токсинами. Заснуть не получалось — Кира носилась по дому, что-то вытворяла, но теперь из её памяти осталась только плотная тишина.
С трудом поднявшись, она натянула на себя шёлковый халат, сделала пару шагов в сторону кухни — и замерла, как мышь под взглядом совы.
На кухне с самым невозмутимым видом стоял Кеша. Он резал колбасу… крабовыми клешнями, торчащими из-под костяных крыльев. Клешнями, Карл!
