— Пожалуй, мои ожидания действительно были необоснованными, — признаёт Ауст, оглядывая пустой сруб. Настя сейчас где-то носится в облике волчицы наперегонки с Красивой.
— А вы вовремя заглянули, лорд Ауст, — приглашающе указываю на скамью за столом, и он садится. — Чай будете?
— Никогда не пробовал напиток с таким названием, но давайте, — кивает дроу.
Чайник у меня уже горячий, заварка настоялась, так что за пару секунд я наливаю себе и гостю по кружке и устраиваюсь напротив.
— Так почему я вовремя заглянул… пф-ф!! — спрашивает Ауст, обжигаясь кипятком.
— Осторожно, горячий, — невозмутимо предупреждаю я, пока лорд фырчит, дуя на обожжённую губу. — Просто у меня сейчас на одном из складов в клетке сидят третий помощник казначея Его Багровейшества лорд Гавейн и его родственник Ланселот.
— Вы пленили служащего Багрового Властелина? — опасно щурится Ауст. — Это запросто можно приравнять к преступлению, лорд Данила.
— Я не просто пленил, — спокойно поднимаю указательный палец. — А задержал преступника, чтобы передать его в руки правосудия. Ведь лорд Гавейн воровал у самого Багрового Властелина.
— Серьёзное обвинение…
— Извольте ознакомиться с доказательствами, — передаю по мыслеречи то, что нашла Шельма.
Ауст замирает, вглядываясь в мыслеобраз.
— Хм, похоже на правду, — протягивает он. — С вашего позволения, я заберу Гавейна и Ланселота.
— Забирайте, — киваю и добавляю: — Если пообещаете, что я их больше не увижу.
— Гавейна вы точно не увидите, — уверяет Ауст. — Думаю, его казнят в течение недели. А Ланселота отправят искупать вину брата в горячую точку, так что, скорее всего, и его тоже.
— Понятно, — снова отпиваю чай. — Так а вы зачем посетили меня, лорд?
— Хочу кое-что сказать, лорд Данила, — Ауст криво усмехается. — Это Дамар настучал Багровому Властелину, что твоя тигрица — ведьма с Фемискара. Я, кстати, тоже это знал, да. Но осторожничал и не рассказывал Властителю.
— Почему? — спокойно интересуюсь.
— Хотел сперва получить железобетонные доказательства, — мрачно отвечает Ауст. — Потому и рассказал об этом Дамару — думал, он раздобудет мне подтверждение. А дурак Дамар провалился и потерял Горгона. Как оказалось, ты его и забрал.
— Да Горзул сам ко мне пришел, — пожимаю плечами.
— В общем, Дамар решил рискнуть — обойти меня и донести напрямую Багровому Властелину про тигрицу. Ещё и приплёл, что я молчал специально. — Он морщится, словно от зубной боли. — Теперь я в чёрном списке. Особенно после сегодняшнего провала с этими Организаторами.
— Так вы вроде бы ни при чём, — замечаю.
— Это неважно, — отмахивается Ауст. — Я сопровождал Его Багровейшество в его неудачном визите. А значит, приношу неудачу.
Интересная логика. Хотя у сильных мира сего свои причуды — чего уж там.
— И зачем вы мне всё это рассказываете? — лениво уточняю я.
— Лорд Данила, ты мне поможешь расквитаться с Дамаром? — бросает он с оскалом. — Давай ему ловушку устроим!
Я лениво хмыкаю, сцепив пальцы в замок:
— Надо подумать. Кроме того, вы только что говорили, что ловить служащих Багрового — преступление.
— За Дамаром водятся грехи, — настаивает Ауст. — Если предоставить доказательства, Багровый даже поощрит его устранение. — Видит скепсис на моём лице и торопливо добавляет: — Ну может быть.
И, будто боясь, что я его сейчас выкину за дверь, спешит добавить:
— Его память достанется тебе.
Я приподнимаю бровь, оживляясь. А, ну тогда почему бы и не да?
Красивая шла по насту, не замечая холода, пробиравшего голые подушечки лап. Снег скрипел под тяжёлыми тигриными лапами, но она словно забыла о нём. Удивление переполняло её — глубокое, настоящее, как в тот день, когда увидела, как Данила впрягся за ее тигрят. Ой, давненько это уже было.
Красивая ведь знала: если Багровый Властелин обратит на неё внимание, пути назад не будет. Была готова покориться, понимая, что сопротивление бесполезно — особенно после того, как он увидел её лично. Всё шло к одному: её заберут.
Но тут Данила выкинул такое, что уму непостижимо. Столкнул лбами Организацию и Багрового, еще и монахов привлек.
Как-то, непостижимо, без открытой силы, без яростной битвы — да и никакая битва бы не помогла против Багрового, — он заставил Властелина отступить. Как⁈ Здесь сработала не грубая мощь, а хитрость, сродни охотничьему прыжку.
Теперь Красивая, ступая по сугробам за границей лагеря, чувствовала, как в её груди растёт желание — отблагодарить Данилу. Прямо по-настоящему, как умела лишь хищница и больше никто. Поймать для него добычу, вкусную, жирную — какого-нибудь кабана или хотя бы оленя. Но какой, к дьяволу, кабан или олень в этом белом аду? Даже ей, привыкшей к самым разным аномалиям, безжизненная пустота Южного полюса казалась странной и непонятной.
