Вторая группа — это пять казахов. И не простые кочевники и не какие-то бандюги, а именно гвардейцы Среднего жуза, судя по гербу на джипе, что припаркован неподалеку за песчаным косогором. Подданные Царства. И они ведут переговоры с афганцами.
Машина гвардейцев стоит чуть дальше. Поставили её так, чтобы не светить номера перед афганцами. Уж слишком все продуманно. Это не случайная встреча, Средний жуз собирался встретиться с бородачами.
Я оборачиваюсь к своим спутникам и коротким импульсом по мыслеречи передаю:
— Гвардейцы Среднего жуза встретились с афганцами и прямо сейчас сливают им данные о нас.
— Средний жуз? — поразился Гриша. — Наши собратья?
Настя сразу мрачнеет, глаза вспыхивают, в них загорается яркий волчий огонь.
— Так они же предатели, Даня! — рычит она, и в её голосе слышится не просто возмущение, а настоящая звериная злость. У оборотницы-волчицы это инстинктивное: в стае предателям нет места, их всегда рвут в клочья. Я прекрасно знаю, что Настя без колебаний вцепилась бы в горло каждому из этих казахов и с удовольствием перегрызла бы всех до единого.
— Ага, — спокойно соглашаюсь. — Они сливают местоположение нашего лагеря. Шах Калифа оказался не такой уж простак. Он грамотно выманил меня в Прикаспий, чтобы здесь попытаться взять в плен, а потом обменять на что-то ценное. Скажем, на три сотни альвийских красавиц. Как раз об этом сейчас и твердят афганцы.
Настя уже вся на изводе, её плечи напряглись, будто она вот-вот бросится вперёд:
— Позволишь мне их убить?
— Нет, — отвечаю жёстко, не оставляя места для возражений. — Пусть уезжают. Пускай Калифа клюнет на информацию. А вот с самими казахами мы разберёмся.
Гришка наклоняется ближе:
— А когда они хотят напасть на тебя?
— Скорее всего, ночью прямо в лагере, — отвечаю я, не отрывая мысленного взгляда от «переговорного бархана» и следя за разговором. — Классическая диверсантская группа. Смело, конечно, для них это почти подвиг. Ну что ж, посмотрим, что в итоге у них получится. А сейчас посидите-ка здесь.
Пока казахи продолжают торговаться с афганцами, я бесшумно выбираюсь из-за укрытия и иду к их машине Среднего жуза. Конечно, среди гвардейцев есть сканер, но Вася отлично маскирует меня. Подхожу к машине, приподнимаю капот. По мыслеречи подзываю нескольких аномальных ядовитых медянок. Этих змеек здесь хватает. Видимо, когда-то приползли из южной Аномалии, что и положило начало популяции.
Тонкие змеиные тела легко скользят внутрь моторного отсека, обвиваясь вокруг деталей. Параллельно я сам делаю «гарантию» знакомства гвардейцев с пассажирками — прокалываю тонкий патрубок системы охлаждения, так что двигатель наверняка заглохнет где-то на полпути. Без смазки он встанет мёртво, а медянки добавят ещё и неожиданных проблем.
Захлопываю капот и выпрямляюсь, отряхиваю ладони. Возвращаюсь обратно к своим, донельзя довольный собой.
— Отлить что ли ходил? — подозрительно спрашивает Гриша. — Такой просто счастливый…
— Это далеко не единственная радость в жизни, Степняк, — усмехаюсь.
Между тем афганцы уезжают прочь, их фургон быстро скрывается за барханами, оставляя за собой клубы пыли, а казахи тем временем садятся в свою машину и начинают движение.
— Афганцев пропускаем, — повторяю снова. — Держим хвост за Средним жузом.
Мы аккуратно идём следом вне поле их видимости, не отстаём, но и не поджимаем. Долго ждать не приходится: через четверть часа машина казахов начинает барахлить, двигатель перегревается, и вскоре они вынуждены остановиться. Двое вылезают наружу, открывают капот, наклоняются проверить мотор. Ту же из-под крышки выстреливают мои медянки, запрограмированные на «кусь-кусь».
Змеи одним рывком вонзают зубы в плоть, цепляясь за кисти и пальцы. Казахи с криками бросаются назад, включают доспехи, сбивают и топчут змеек, но слишком поздно — яд уже разошёлся по венам. Лица бледнеют, движения становятся резкими, нервными. Один орёт во всю глотку, второй хрипит, пытаясь удержаться на ногах. Доспехи пришлось скинуть из-за резкой слабости, а вокруг них бегают трое товарищей, ничего не понимая.
— Ну что, поможем господам из Среднего жуза? — спрашиваю я, наблюдая за их метаниями глазами кружащего коршуна. Картинку передал и всей команде.
Гришка криво усмехается, явно довольный зрелищем:
— Конечно! Как же не помочь братьям по степи!
Мы плавно подкатываем к ним вплотную, песок скрипит под колёсами. Я высовываюсь из окна и с самой невинной улыбкой бросаю:
— Хеллоу, чего встали посреди дороги?
— У нас раненые! Медянки покусали! — бросает гвардеец Среднего жуза, стоя над сидящими без сил двумя товарищами. Он бросает на меня взгляд, но видимо решил что мы просто мимо проезжали. — Вы кто такие?
— Гвардейцы Вещего-Филинова, — отвечаю с улыбкой. — И среди наших как раз есть Целитель.
