— Ага, — обрадовано кивнув, Элеум ткнула пальцем в утоптанную землю перед входом в гараж. — На вход и на выход. Не совсем мины, скорее, сигналки с дистанционным управлением, но, если без спросу дверь толкнешь, мало не покажется. Интересный, этот наш Майло... Забавный даже...
— Он не спит. Уже второй день здесь, и не спит. — Буркнула девушка, с некоторой опаской перешагивая через порог. — Всё ходит и ходит... не ест почти. Это странно.
В ангаре царили тишина и полумрак, разгоняемый одинокой, чуть заметно покачивающейся на длинном шнуре, горящей в половину накала "дежурной" лампой.
— Скорее всего, "Часового" себе колет. — Пожала плечами Элеум. — Я, если в охрану нанимаюсь, обычно тоже на эту штуку сажусь. Если раздобыть получается. Классный стимулятор. Дешево и сердито. Неделю, считай, без сна обходиться можно. Минут пятнадцать-двадцать в сутки, и всё. Но откат потом сильный. — Ллойс почесала макушку. — Но ты права, мутный он. Специально калитку открытой оставил, — проворчала она спустя секунду. — Если кто-то нападет, потом будут на каждой двери время терять. Хоть с замком, хоть без. Интересно, сам до такой подлянки додумался или где услышал?
— Ллойс... — Девушка вздохнула. — А можно ты сегодня... Со мной ляжешь? Мне... — Кити замялась. — Мне немного страшно одной. Тем более, сейчас тут этот... — оглянувшись по сторонам, Кити понизила голос. — Пиклс.
— Ты что, этого сопляка, что ли, боишься? — Насмешливо фыркнула наемница, и с прищуром уставившись куда-то вглубь мастерской, задумчиво прикусила губу.
— Он... Мне почему-то кажется, что он и сейчас прячется где-то и смотрит. А еще... — Кити замялась. — Я же сказала, что умею чувствовать... Он плохой. Магда добрая. Просто испуганная... А он... плохой. Не злой, а... скользкий какой-то. И холодный... Словно жаба или змея...
— Змеи не скользкие... — Рассеяно поправила девушку наемница.
— Ллойс... — Кити вздохнула. — Ну, пожалуйста...
— Магда, как я и предполагала, у Болта в кандейке спит. — Принюхавшись, наемница уверено махнула рукой куда-то в глубину ангара. — Одна. Надо же. А постарел Болтяра, постарел... Раньше бы так не стеснялся. А Пиклс там, — указав в сторону скрывающихся во мраке стеллажей, наемница прищурилась. — Дрыхнет, зассанец. Без костюмчика. — В глазах Элеум неожиданно заплясали чертенята. — Ладно, кисонька, ты пока устраивайся, а я чуть попозже приду. Только это... Давай лучше в кабине, ладно? Мне там спокойней.
— Там скамья узкая... — смутилась девушка. — И душно.
— Как будто в первый раз... Ложись под стенку, если боишься, что я тебя на пол спихну. И окошко приоткрой, чтоб сквознячок устроить, — усмехнулась наемница и бесшумно скрылась в тенях.
Кити моргнула. Это походило на какой-то трюк. Вот Элеум стоит рядом, а вот просто взяла и исчезла. Нет, наемница ей, конечно, показывала, как надо ходить, чтобы было неслышно, как ставить ноги, но у Кити совершенно ничего не получалось. Помотав головой, девушка с трудом подавила зевок. После всех сегодняшних приключении хотелось умыться, а еще лучше, полежать в бадье с горячей мыльной водой, но тратить драгоценную жидкость ей сейчас, наверняка, не дадут... К тому же, нестерпимо хотелось спать. Только сейчас Кити поняла, насколько устала. Оглянувшись по сторонам, девушка пересекла освещенное тусклой дежурной лампочкой пространство, покосилась на черноту распахнутого, ведущего на крышу люка и тяжело засопев, полезла в грузовик. Забравшись в кабину, Кити с тоской посмотрела на одеяла. Нет, так не пойдет. Вчера Элеум опять взяла себе самые старые и грязные пледы. Те, которые Кити даже стирать не стала, решив пустить на ветошь. Почувствовав, как её щеки заливает краска стыда, девушка, споро, спустившись по лесенке, обошла фургон кругом, поднявшись в кузов, сгребла в охапку собственную постель. Да. Так будет намного честнее. Вернувшись в кабину, Кити споро застлала несколькими одеялами заменяющий заднее сиденье скамью-рундук, разделась и, сложив вещи на всегда ей казавшейся немного загадочной разделяющей передние кресла, высокой и массивной стальной коробке аккуратной стопкой, нырнула под одеяло. Плед был колючий, несмотря на недавнюю стирку, слегка пах бензином и дорожной пылью, сделанная из свернутого одеяла подушка — жесткой, а скамья заднего сиденья грузовика — очень неудобной, но Кити слишком устала, чтобы отвлекаться на такие мелочи. Скрипнула открываемая дверь, и в кабину пролезла Ллойс. Чуть слышно стукнули о резину пола каблуки сапог. Заскрипела молния брюк.
— Подвинься, кисонька, — сверкнув в темноте острыми зубами, Элеум грузно опустилась на импровизированное ложе. Хм. — Ты что, без рубашки спать решила?
— Да. — Покраснела девушка.
— Замерзнешь, ведь, — хмыкнула наемница и, повернувшись к Кити спиной, мгновенно захрапела.
