– Я знала, что тебя нужно было сразу убить. Демон есть демон, но нет, я позволила ему держать тебя, как дикое животное, на слишком тонкой привязи!
– Кто-то исчез в зеркале, я видела, – проговорила я, но Темпест меня уже не слышала. Вместо этого она одним плавным движением встала на ноги и направилась ко мне. – Темпест, нет!
Мой крик не возымел на нее никакого действия. Экзорцистка бросилась на меня, схватила за волосы и впечатала головой в ближайшую стену. Генри зарычал и бросился на нее, но она увернулась и прокричала что-то на латыни. Пес упал и завыл, и лишь краем глаза я заметила, как он растворился в дым. Хоть я и знала, что у демона не было оболочки и это его не убьет, сердце все равно сжалось от такого зрелища.
– Что ты делаешь? Темпест, прекрати!!!
Вновь прижав меня к земле, экзорцистка с невероятной точностью вогнала иглы в мои ладони, пригвоздив к месту. Пробить мраморный пол иглами было невозможно, но они вонзились в меня как в масло.
–
– Темпест, не надо, – простонала я, но экзорцистка продолжала. Слова быстро вылетали из ее рта, пока она с ненавистью смотрела на меня.
–
Меня снова вырвало. Кожа зудела и стягивалась, но этот вид экзорцизма не мог меня убить. Я не была сосудом, из которого она могла вылить все демоническое. Мы с демоном имели единые слитые гены, поэтому все действия Темпест приводили к тому, что меня выворачивало наизнанку. Веки мои распахнулись неестественно, череп трещал от огромного давления, а ногти медленно выскакивали из ногтевого ложа. Мои крики смешались с криками Темпест на латыни, и как только я решила, что вот-вот потеряю сознание, все внезапно прекратилось.
– Темпест, ради всего святого, что ты делаешь?
– Крэйн?
Сквозь слезы и слюни я пыталась разглядеть хоть что-то, но все расплывалось. Люди бежали к нам. Высокая фигура стояла на коленях перед Фалько. Одни окружили нас, другие оттащили Темпест от меня, которая кричала во все горло:
– Она сделала это! Мы должны убить ее!
– О чем ты говоришь? Я сказал Лиф ждать меня рядом с Фалько, ты, ненормальная! – голос Крэйна тоже срывался на крик.
Я попыталась встать, забыв об иглах.
– Что произошло?
– Мы не знаем. Он просто ле…
Дальше я ничего не слышала. Мои веки дрогнули, чернота заполнила зрение, и я из последних сил оторвала руки от игл. Кожа и мясо остались на остриях оружия, но я и так корчилась от невообразимой боли. Сквозь тряску во всем теле я потянулась, пока не коснулась руки Фалько. Крепко вцепившись в нее, я потеряла сознание.
Похитители разума. Способны красть воспоминания. Но никому не известно, как именно они это делают…
– Что-то не так.
Демонесса беспокойно шагала взад-вперед, пока мы дрейфовали по бесконечной черноте нашего совместного разума.
– Правда что ли? Ты это поняла только сейчас? – мрачно сказала я.
Демонесса недовольно посмотрела на меня и остановилась.
– Кто-то или что-то пыталось украсть у нас.
– Украсть у нас? Что ты имеешь в виду?
– Разве ты не заметила? В нем чего-то не хватает.
– Ты имеешь в виду Фалько…
– Все внутри него было разорвано в клочья, его душу обыскали, а мысли были в беспорядке. Что-то сделало это и не оставило ничего после себя. Нам надо найти это и вернуть то, что принадлежит нам.
– Понятия не имею, что ты хочешь этим сказать, – огрызнулась я на демона, и она прикрикнула на меня:
– Хватит валяться без дела! Найди вора!
Я резко вдохнула и рывком села, открыв глаза. Яркий солнечный свет ударил в глаза, зрачки сузились так быстро, что лоб пронзила острая боль. Опустив голову на мягкую подушку лицом вниз, я ощутила запах стирального порошка и дезинфицирующего средства.
– Она проснулась.
– Наконец-то.
Раздался глухой звук, похожий на звук захлопывающейся книги. Шаги приблизились, и в следующее мгновение руки обхватили меня за плечи.
– Лиф? – зов заставил меня открыть глаза, и я уставилась на белые простыни.
Странный запах окутал меня, прежде чем я смогла повернуться. В глаза снова ударил солнечный свет, но я подавила желание спрятаться от него. Вместо этого я вгляделась в размытые лица Крэйна и Зэро.
– Что случилось? – прохрипела я.
– Как ты? – тактично уклонился от ответа Зэро.
Я сглотнула и почувствовала тянущую боль в кишках. Голод. Глубокий и стремительный, как у животного.
– У меня болит голова, – призналась я.
– Держи, выпей, – предложил Зэро, поднося прозрачный стакан к моим губам. Я хотела взять его в руки, но что-то удерживало меня.
Цепи. Мне сковали руки. Я чувствовала, как по ним гудел Арканум, удерживая меня на месте. Цепи были прикреплены к полу кольцом.
– Что это?
Зэро мрачно усмехнулся.
