– Новички черепами стукаются, и тот, кто победил, поднимается по карьерной лестнице и не только. Это очень важное событие в мире экзорцистов, и мы, двое счастливчиков, имеем честь представлять нашу Академию в этом году. Я был там всего один раз, на втором курсе, но могу сказать, что Игры эти не из простых. Меня выбили в первом раунде, и даже через несколько недель в голове моей была дырка, – Крэйн похлопал себя по голове.
– Ч-что? – с трудом переспросила я.
– Ага, представляешь? Дырка толщиной с большой палец! Мне ее гуль сделал, вот прям здесь, – экзорцист уже готовился продемонстрировать мне, где его проткнули, но я перебила его:
– Нет-нет, я имею в виду… О чем вообще Фалько думал, добровольно отправляя меня туда? Зачем ему это делать? У меня же подготовка почти нулевая. Посылать меня туда – самоубийство и… а… – как только я это произнесла, все встало на свои места, и мышцы мои напряглись. – Вот оно как? Фалько просто выиграл для меня время. Вместо того чтобы прикончить меня на месте, Интендант сделает из меня пример, ведь мы все знаем, что я буду куском мусора на этих Играх.
– Так, так, не надо драматизировать. Тебя ж не прямо сейчас убивают, так что у нас будет время на подготовку. Приведем тебя в форму, все будет нормально, – заверил меня Крэйн, вставая со стула и опускаясь рядом на кровать. Он слегка потрепал мои волосы, будто я его послушная собака.
– Продолжишь в том же духе, я тебя покусаю, – рыкнула я на экзорциста.
– Приму за честь, – промурлыкал он в ответ.
Зэро негромко откашлялся, и я убрала руку Крэйна со своей головы и помассировала свои виски.
– Не верится, что все происходит на самом деле. Неужели нет дел поважнее? Там, Уна, например? Разве нам не надо серьезно отнестись к ситуации?
Крэйн осторожно вздохнул.
– Ну, Интендант что-то делает. Он скрывает инфу об Уне и коррупции среди экзорцистов. А теперь у него появился идеальный отвлекающий маневр в виде тебя.
Он сказал «Интендант», а не «отец».
– И все?
– Он сказал, что следит за всем.
– И это все?
– Да.
– Не может такого быть, что Орден все игнорирует. Уна опасна.
– Они тоже. Что бы они ни замышляли, с нами обсуждать уж точно не будут. Важнее только создать настрой, который благодаря новости о тебе и Играх определенно направлен в правильное для них русло. Надо отдать должное Фалько: он поступил благоразумно и спас твою задницу, – сухо сказал Крэйн.
– А я не могу отказаться от участия? – спросила я, не надеясь на хороший ответ.
– Нет, ты, конечно, можешь, но итог тебе известен. Голова с плеч, – ответил экзорцист, проведя быстро указательным пальцем вдоль шеи.
Кровь прилила к голове, и она вновь запульсировала. Я схватилась за нее обеими руками. Я была обеспокоена, я была голодной и пустой.
Господи, как же я голодна.
– Посмотри на эту ситуацию с другой стороны: Лондон открывает нам двери для знакомства с огромным количеством экзорцистов, – попытался приободрить меня Крэйн. – Если нам нужна информация по Уне и тем, с кем она работает, то она будет там. Наш бывший Примус – не единственный. Корни Ордена гниют, и если мы выясним, с чего начать, работать станет намного легче.
– Работать?
– Конечно. Убить Уну, спасти мир, все дела.
– Вот это план, конечно, у нас, – сухо заметила я.
Крэйн удовлетворенно скрестил руки перед грудью и заявил:
– Иногда лучшие планы – самые простые, милая Лиф.
Я вздохнула и в этот момент почувствовала громкое урчание в животе. Меня уже тошнило от голода.
– Спасибо, что рассказали мне обо всем, ребята, но не могли бы вы уйти?
– Уверена? Я хотел предложить тебе напиться в баре, как в прошлый раз.
– В следующий раз, правда, – я тяжело выдохнула, жадно впиваясь глазами в Арканум Крэйна, который волнами исходил из него. У меня пересохло во рту, а перед глазами возникли образы: я прижимаюсь к его губам и вот уже высасываю из него все до капли. Так не пойдет!
Я рывком вскочила с кровати, спихивая толстое одеяло на экзорциста, и вбежала в ванную. Захлопнув дверь, я попыталась закрыться на щеколду, но пальцы не слушались. Поэтому я просто подскочила к раковине, включила дрожащими пальцами кран и плеснула ледяной водой себе на лицо.
– Лиф? Что случилось?
– Спасибо вам обоим, правда! Прошу, уйдите. Мне нужно побыть одной.
На мгновение послышался шепот, после которого Зэро аккуратно спросил:
– Лиф, может, тебе принести что-нибудь поесть?
О боже! Поесть…
– Я буду в порядке, спасибо, – выдавила я, глядя на свое уставшее отражение, по которому медленно стекали капли воды.
Меня всю трясло от тошноты, я пыталась вглядываться в свои глаза сквозь разбитое зеркало, пока не заметила, что они стали буквально темнеть от голода. Все внутри кричало «Фалько», «Фалько!», но как я могу его звать, если мне теперь известно, что он помолвлен? Как я могу просить его? Каждый глоток причиняет ему боль. Я больше не могу обратиться к нему, хотя бы ради нашей общей безопасности. Должен быть другой способ насытиться, пусть мне и придется высасывать досуха лидериков.
