– Ты говоришь так, словно я первый демон, который ведет дела с экзорцистами. Могу поспорить, некоторые из них приходят на твои занятия йогой.
– Заниматься йогой и вести бизнес – разные вещи. Говорят, ты их стукач.
– Так вот о чем они говорят?
– Они также говорят, что ты ослабел. Да настолько, что твоя прошлая оболочка скачет по травке на обеих ногах. Мне интересно почему. Слухи бегут быстрее нее, и за оболочку пообещали чертовски хорошую награду.
Лиф.
От одной только мысли о ней мышцы моего тела напряглись, глаза застелил гнев, который сразу заструился по моим венам так, что они почти лопались. Возникло желание оторвать голову каждому, кто подойдет к ней слишком близко.
– Так… вот о чем они говорят, – повторил я, втягивая воздух сквозь крепко сжатую челюсть. Скрыть беспокойство было трудно. Одно дело, когда о тебе говорят, что ты слаб. Это ерунда, репутацию легко восстановить. Но демоны и даже мои братья не были глупцами (по крайней мере, не все), чтобы не сложить одно с другим. Раз уж Лиф до сих пор жива, то они наверняка поинтересуются где, а точнее, в ком спрятан Q-ген.
С этого момента Лиф в еще большей опасности. Как бы абсурдно это ни звучало, но экзорцисты для нее сейчас – лучшая защита. Фалько позаботится о ней, скоро у него просто не будет иного выбора, если она продолжит пить только его Арканум. Я намеренно умолчал о последствиях для обоих, если они продолжат в том же духе. Если бы Лиф узнала, то наверняка смогла бы остановиться, но я не мог этого допустить. Ей нужен Фалько, и очень скоро ему будет нужна она.
Однако меня все еще не покидает чувство, что я что-то упускаю. Что-то важное, и меня жутко бесит, что я не могу понять, что я блуждаю в темноте, пока все внутри меня орет о необходимости вернуться к Лиф.
Но я не могу.
Мне нельзя.
Я облизал губы.
– Что еще говорят?
Легион поднял бровь.
– Что ты кукухой поехал.
Я недовольно фыркнул.
– Они говорят это со времен Атлантиды.
– Ну это же ты ее потопил, – напомнил мне брат.
– Да сколько раз я должен повторять? Случайно вышло.
– Мне это не нравится, Лор, – сказал демон, скрещивая руки перед грудью. – Абсолютно все. У меня будут неприятности, если я тебя отпущу.
– Что же ты хочешь за все доставленные мной
Легион поджал губы и задумался на секунду, а затем сказал то, от чего все внутри сжалось:
– Точную карту Блэк-Рока.
Подавив ругательства, я почувствовал обеспокоенность Каина за моей спиной. Легион не удостоил его даже взглядом.
– Зачем? Мы все знаем, где находятся экзорцисты. Ты туда не попадешь, я тебе это гарантирую.
– Никто не говорит, что я хочу туда попасть. Я просто должен знать, как туда попасть. Не знаю, как тебе удалось оттуда выбраться живым, но тебе стоит поделиться со мной всей информацией. Нарисуй план, и тогда, возможно, я на пару часов забуду про слухи о том, что ты в сговоре с пташками.
С тех пор как зашел в «Дыру», я впервые занервничал. Да так, что по виску скатилась капля пота.
Если я откажу, то единственным выходом отсюда будет бойня, и, как бы мне ни хотелось это признавать, связываться с Легионом я не мог.
Я также не мог позволить слухам продолжать распространяться.
Но если я нарисую план острова, экзорцистов будут ждать неприятности, а Лиф больше не будет в безопасности на Блэк-Роке.
Вот дерьмо…
Стрикс. Птицеподобный демон, питающийся кровью и внутренностями умерших, подобно стервятнику.
– Поверить не могу, что они натравили на нас Трикси! Что за садист хотел надрать нам сегодня зад? – возмутился Крэйн после того, как мы выпили по пятой рюмке абсента.
Уже после третьей колющая боль от заживающих ребер наконец утихла, но выглядели мы все еще не очень: Крэйн и я сидели в рубашках, я прижимала к ребрам пакет со льдом, а экзорцист периодически тыкал себя в скулу и жмурился. Бар был полон, словно каждый экзорцист решил отметить свой выходной у гавани. Воздух пропах алкоголем и потом, а концентрация Арканума была такой, что у меня во рту пересохло. Если бы я не влила в себя пол-литра абсента, то давно сбежала бы из этого места, чтобы не высосать энергию какого-нибудь новичка.
Я дернулась и зажмурилась, когда очередное ребро встало на свое место, а затем аккуратно села на барный стул, пока Крэйн разливал из бутылки в три наши рюмки. Единственный, кто из нас троих выглядел трезвым, – Зэро, который умудрялся во всем этом хаосе читать книгу, при этом элегантно потягивая пойло из своей рюмки, будто чай.
– Значит, мы с тобой поедем в Англию? – поинтересовалась я у Зэро.
– Я поеду, но вместо меня на играх будет Крэйн, – ответил экзорцист, перелистывая страницу.
– А? Но… Крэйн же проиграл, разве нет? – сказала я, смутившись. Светловолосый экзорцист забавно взглянул на меня.
– Так оно и есть, но я гомункул. У меня нет разрешения на участие в Играх.
– Что? Почему? – возмутилась я и рывком села на край стула. Зэро же выглядел совершенно спокойно.
– На Игры допускаются только экзорцисты.
– Ты и есть экзорцист!
