– Фух, это было близко. Я думал, уже не найду тебя, – сказал экзорцист, протягивая мне руку. – Вставай. Нам нужно валить, иначе не уложимся в отведенное время.
– Что ты творишь? Они дисквалифицируют нас за жульничество, – нервно вздохнула я и помогла себе встать. Сломанные кости в эту же секунду напомнили о себе.
– Никто не запрещал работать в команде, – подмигнул Крэйн, развернулся и как раз собрался бежать, но тут же перед нами возникла стрикс, рыча, как кошка, и вонзая когти глубоко в песок. Мой серп все еще торчал у нее в животе.
Крэйн резко затормозил, взмахнул лезвием серпа и кинул его в сторону нежити, вбивая ее в противоположную перегородку. Спотыкаясь, я побежала за ним, чувствуя, как демон под моей кожей шевелится, словно паразит.
В данный момент я не знала, двигаюсь сама или она управляет мной. В легких хрипело, в горле стоял привкус крови. В ушах стоял гул, конечности онемели. Крэйн быстро тащил нас через лабиринт, а стрикс летела за нами, поднимая в воздух песчинки.
– Что тебе нужно? – крикнул мне экзорцист, сворачивая в очередной проход лабиринта.
– Перо! – громко ответила я, врезаясь плечом в угол перегородки.
– А мне еще один зуб. Я сто лет искал тебя здесь.
– А как же Зэро? А Ной?
– Обоим надо было добыть кость кракруха. Зэро уже прошел, а Ной получил серьезную травму и выбыл. Остались ты да я.
Я не стала спрашивать, откуда он все это знает. Мне кажется, и Зэро, и Крэйн всегда знали, чем занят другой.
Пока мы бежали, я постаралась вспомнить, что знаю о кракрухах. Смутно помню, что это скелет, который можно уничтожить только сожжением.
– У нас есть план? – из последних сил спросила я, ожидая, что в любой момент упаду и никогда не встану.
Крэйн поднял голову и посмотрел вверх. Стрикс нигде не было, и у меня появилось дурное предчувствие, будто она подстерегала нас, как ястреб полевых мышек.
– Так, план Б, – уверенно произнес экзорцист, резко остановившись.
Я врезалась в него и выдохнула.
– Какой?
– Закопай меня!
– Что?
– Не спрашивай, просто закопай! – приказал он мне и плюхнулся на колени. Словно собака, он стал копать яму в песке. Несколько секунд я смотрела на него, пока тоже не упала на колени и не принялась помогать ему. А потом засыпала его песком.
– А лицо? – спросила я, не успевая делать глубокие вдохи.
– И его присыпь.
– Но…
– Засыпь, – сказал экзорцист. Кровь капала с моих губ на песок, я смотрела на него. Крэйн спокойно подмигнул мне. – Мы справимся.
Я кивнула и высыпала песок ему на лицо. Через несколько секунд он полностью был скрыт слоем песка, а я сидела на корточках напротив него и напряженно смотрела по сторонам. Шум с арены звучал где-то вдалеке, словно мы с Крэйном были далеко от суматохи.
Секунду спустя надо мной повисла тень. Стрикс аккуратно приземлилась на одну из перегородок и наклонилась в мою сторону. Казалось, раны на ее теле затянулись, хотя одна на животе еще кровоточила. В руке ее был мой серп.
– Знаешь, а я ведь могла облегчить тебе задачу. Я тут не по своей воле, у меня выхода не было. А то пришлось бы еще год провести в камере. Тем более директор Гейл пообещал мне, что меня освободят, если никого тут не убью, но это… – стрикс указала на живот, – это больно. Мне не понравилось. Поэтому я тебя убью. Мне просто добавят еще пятьдесят лет к сроку, но я буду наслаждаться каждым днем.
Зубы стучали друг о друга, я нервно облизала губы, почувствовав песчинки и вкус собственного пота и крови.
– Попробуй.
Стрикс расхохоталась и бросилась ко мне.
– В сторону! – скомандовал демон внутри меня, и я среагировала быстрее, чем когда-либо раньше. Стрикс промахнулась, врезаясь на полной скорости в перегородку и вонзая туда серп. Из песка выскочил Крэйн, схватил нежить за волосы и одним плавным движением отрубил ей голову. Кровь полосой брызнула на песок, и послышались громкие возгласы толпы.
Экзорцист откашливался от песка, а тело стрикс оставалось недвижимым несколько секунд, затем крылья ослабли, и она рухнула.
– Я чуть не задохнулся.
– Это было… – начала я, желая схватить экзорциста и поддержать его, как вдруг послышался мощный голос, подозрительно похожий на голос Фалько.
– У вас осталась минута! Бегите!
В тревоге я взглянула на часы – почти весь песок оказался в нижней части конструкции. Крэйн выругался, вырвал перо из переливающегося оперенья нежити и сунул мне в руку.
– Бежим! – крикнул он, всовывая голову стрикс под мышку.
Куда?
Я понятия не имела, но времени было в обрез. В панике мы оба побежали сквозь зигзаги лабиринта. Впервые я поняла, что шесть месяцев бесконечных утренних пробежек принесли свои плоды. В начале года я бы ни за что столько не пробежала после этих испытаний, так что мысленно я заготовила несколько вариантов извинений перед Фалько за то, что называла его засранцем и садистом по время тренировок.
Внезапно Крэйн остановился. Развилка.
Мы уставились друг на друга.
– И что нам делать?
– Разделимся. Ты – налево, я – направо.
Я набрала воздух в легкие, которые сразу стало покалывать.
– Что ж, тогда увидимся в центре, – я подмигнула.
