Солнце уже взошло и ярко освещало улицы, а туман еще стелился у самой травы. Мы стояли на широкой подъездной аллее из гравия. Слева и справа от нас простирались бесконечные зеленые просторы парка. Вдоль дороги росли высокие статные каштаны. Перед нами возвышался внушительный особняк викторианской эпохи из темного камня. Густой плющ вился вдоль фасада здания, обойдя лишь несколько камней и высокие окна. Над входной двустворчатой дверью красовался герб Черных птиц. Особняк как будто сошел со страниц романов Эдгара Аллана По, и казалось, в любой момент из двери выйдет какой-нибудь граф.
Но вместо графа из огромных дверей вышла группа экзорцистов. Их форма несколько отличалась от нашей. Почему-то я считала, что униформа Черных птиц везде одинакова, но я оказалась не права: девушка перед нами была не в строгом черном костюме и плаще, а в приталенном твидовом блейзере светло-коричневого цвета, белой блузке с высоким воротником, нарядным бантом на шее и облегающей юбке. На мое удивление, передвигалась она в ней довольно шустро, несмотря на то что ткань обтягивала ее стройные бедра, а шпильки туфель приятно похрустывали о гравийную дорожку.
Светло-каштановые волосы были затянуты в тугой хвост на затылке. У девушки было светлое лицо, взгляд направлен прямо на нас, а на губах играла вежливая улыбка.
Ее сопровождали двое мужчин, в одежде той же цветовой гаммы: темные приталенные твидовые пиджаки, накрахмаленные белые рубашки, коричневые брюки и синие галстуки. Волосы были зачесаны назад примерно одинаково, а черты лица явно выдавали в них братьев, хотя тот, что слева, был в очках и вел себя достаточно сдержанно, а тот, что справа, единственный из троицы искренне улыбался.
Когда они подошли к нам, я заметила золотую вышивку на рукавах и воротниках их пиджаков, что добавляло элегантности их образам. На груди у каждого висела блестящая брошь, но символы отличались. У девушки был изображен открытый глаз на фоне алмаза, направленного острием вверх. У мужчин же был тоже выгравирован глаз, но вместо алмаза – ладонь.
Заметив мой взгляд, Зэро тихо пояснил мне:
– Это директор Серафина Хардвуд и братья Карстен и Роджер Эшкрофт, – он кивнул сначала мужчине в очках, затем другому. – Они управляют Академией заклинателей. Хардвуд – первая женщина и самый молодой директор, который когда-либо управлял Академией заклинателей. Братья же отвечают за подготовку обычных заклинателей.
Прежде чем я успела отреагировать, треугольник заклинателей остановился перед нами, и Серафина шагнула к нам.
Когда она заговорила, британский акцент звучал настолько ярко, что я почему-то испугалась.
– Добро пожаловать в Хампстед-Холл. Рада снова видеть вас всех. Много лет прошло.
– О Серафина, ты все так же очаровательна, как и во время нашей последней встречи, – радостно проговорил Крэйн и сделал шаг вперед, но один из братьев – тот, что в очках, Карстен – тоже сделал шаг вперед и нахмурился.
Зэро прошептал мне:
– Крэйн и Серафина росли вместе, и у них был роман, пока она не познакомилась с Карстеном и Роджером. С тех пор это создает… напряжение.
– Ясно, – сухо сказала я.
Рядом со мной шевельнулась тень, и Генри потерся о мои ноги, чувствуя мое волнение.
– Вижу, ты совсем не изменился. Это объясняет перепады настроения твоего отца после визита в Нью-Йорк, – сказала Серафина, и Крэйн рассмеялся, заключая девушку в короткие, но крепкие объятия.
Выражение лица Карстена помрачнело еще сильнее. Его брат Роджер с улыбкой поприветствовал нас.
– Мистер Файв, добро пожаловать, – тепло сказал он, прежде чем его взгляд перешел ко мне. – А вы, должно быть, мисс Янг. Добро пожаловать в Великобританию.
Никто не предлагал мне пожать руку, поэтому я не стала позориться и отрывисто кивнула.
– Я рада быть здесь. Можете звать меня просто Лиф.
– Посмотрим, насколько мы будем рады, – грубовато сказал Карстен, заслужив тем самым резкий взгляд Серафины.
Я скривила губы в неловкой улыбке, в надежде, что она не похожа на гримасу. Роджер решил вступить в разговор, прежде чем ситуация не стала еще более неловкой.
– Гостей пришлось немного разделить. Вы будете жить здесь, в гостевом корпусе. Просим отнестись с пониманием к решению руководства поселить в одной комнате экзорцистов, не являющихся парой или семьей. Учитывая вышесказанное, Зэро, Крэйн и… Лиф… – он бросил на меня нерешительный взгляд. Я кивнула, и он улыбнулся. – …Будут жить в одной комнате. Дайте нам знать, если мы можем сделать ваше пребывание здесь более комфортным.
– Простите за прямоту, но вы не знаете, прибыл ли синтоист Чепеш? – не удержалась я от вопроса.
Экзорцисты по очереди изумленно уставились на меня, пока Роджер первым не вернул себе дар речи.
– Фалько и его невеста прибыли в Лондон на прошлой неделе. По просьбе Темпест они проживают в преподавательском корпусе, – пояснил экзорцист.
Мои плечи напряглись, когда я услышала ее имя.
– Спасибо, – отрывисто ответила я, и экзорцисты кивнули мне.
– Не волнуйся, разберемся, – тихо пообещал мне Зэро, и я нерешительно улыбнулась.
