С тех пор «Штандартъ» практически постоянно находился, как говорили в старые времена, «под парами», готовый доставить своего царственного владельца в любую точку мира с официальным визитом, а если понадобится, то и эвакуировать августейшее семейство. Времена все же вокруг были не самые спокойные, и троны под монаршими задницами качались не хуже, чем в бурном девятнадцатом веке.
В мыслях его величество уже наслаждался по-южному теплым солнцем и всеми прелестями черноморского бархатного сезона вместо промозглой сырости северной Пальмиры, когда его снова отвлек телефон.
— Что там еще? — недовольно буркнул он в трубку.
— Простите, государь, срочный вызов по закрытому каналу.
— Кому я понадобился? — в мире имелось не так много людей, имевших право пользоваться выделенными линиями правительственной связи.
— Кайзер Германии Вильгельм Третий.
— Ладно, так и быть… Я сейчас перейду к себе в кабинет и сниму трубку.
С некоторых пор, а точнее после одного доклада шефа жандармов, Александр завел правило вести серьезные беседы исключительно в особой комнате, надежно защищенной от всех видов прослушки, в том числе и с помощью специально ради такого дела разработанных артефактов. Так ему было надежнее и спокойней, что совершенно секретные переговоры не могут стать доступными третьим лицам, с непомерно большим «Даром».
— Рад тебя слышать, дорогой кузен! — поприветствовал коллегу царь, гадая про себя, что тому понадобилось. — Ты так давно не звонил, что я начал уж беспокоиться, все ли у тебя в порядке?
— Взаимно, — прошамкал в динамике знакомый голос.
— Как Цецилия, как дети? — продолжил вести светскую беседу император.
— Да что с ними сделается? — фыркнул явно теряющий терпение Гогенцоллерн.
— Тогда что же произошло, что ты преодолел природную лень и наконец позвонил мне? Постой, дай угадаю! Потсдам провалился под землю?
— А, так значит, ты еще не в курсе, Александер? — неожиданно спокойно отреагировал обычно не терпящий шутки Вильгельм.
— О чем? — насторожился царь.
— В Индии начались волнения в колониальных армейских частях после того, как из тюрьмы неведомо как удалось сбежать трем ключевым лидерам Национального Конгресса.
— И только то? — фыркнул самодержец.
— Для тебя этого мало?!
— А отчего, позволь спросить, меня вообще должно это волновать?
— Не делай вид, что ничего не понимаешь, кузен! — раздражаясь от невозмутимого благодушия русского царя, почти закричал Вильгельм. — Этот твой Колычев — настоящий демон! Где-бы он ни появлялся, начинается чертовщина!
— Тогда я тебе советую еще раз проверить, точно ли на месте Потсдам, Берлин или Дрезден…
— Хватит острить! Ситуация в Индии более чем серьезная. Предлагаю обсудить, что будет целесообразно предпринять. Возможно, следует озвучить предложение о созыве международной конференции, привлечь Вашингтон, Токио, Вену, Париж и другие державы для оказания давления на англичан. Иначе там начнется большой пожар, способный подпалить перышки очень многим. В том числе и нам с тобой!
— Никогда не подозревал тебя, кузен, в заботе о туземцах…
— Я объехал половину северной Индии тридцать лет назад. Это древняя арийская земля!
— Вилли, я с юности терпеть не могу мифологию вкупе с древней историей, так что избавь меня от необходимости выслушивать эту белиберду. Лучше давай поговорим о делах более насущных. Что ты, собственно, предлагаешь?
— Я считаю, — после недолгой паузы отозвался кайзер, — что сейчас очень удобный момент, чтобы заставить немного подвинуться наших британских родственников.
— Ты полагаешь, настало время?
— Уверен в этом!
— Прости, но я не настроен столь оптимистично.
— Ты просто еще не в курсе того, что там творится! В Индии загорелось по-настоящему! И что характерно, Ганди в изоляции, а те, кто оказался на свободе, настроены куда как решительно… Британцы могут попытаться утопить все в крови. Только что мне доложили, что в Амритсаре несколько английских воздушных катеров расстреляли из пулеметов мирную демонстрацию…
— Понятно. Дай мне пару часов изучить все в подробностях, и мы снова с тобой созвонимся, чтобы уточнить позиции и согласовать наши предложения.
— Хорошо. Только умоляю, уйми хоть немного своего Колычева! Да, не стану скрывать, его действия пока что играют нам на руку, но он ведь совершенно неуправляем и может выкинуть все, что угодно!
— А мне показалось, что ты собираешься воспользоваться беспорядками в Индии?
— В Индии? Как-бы не так! Мне доложили, что его воздушный корабль уже покинул Бомбей и взял курс на Африку…
— Африка, говоришь… Э-э, послушай, Вилли, к чему эти голословные обвинения? Сенатор Колычев с супругой совершают свадебное путешествие. Не более того…
— В таком случае, попроси своего подданного отдыхать как можно дальше от владений Германии! — язвительно отозвался Гогенцоллерн и бросил трубку.
