– Подружка твоя тоже наивная дурочка. На кладбище прибежала желание писать!
Ириска!
Шорох крыльев затмил последнюю мысль. О чем-то она хотела подумать, куда-то позвонить, остановить, предупредить.
Не успела.
Птицы разом упали на нее.
– АААААААА!!!!
Катька и так оглохла от карканья и хлестких звуков крыльев, а тут ей на ухо вдруг стали орать. Прислушалась к себе – никто ее не бил, не щипал. Ну, кроме Шуза, который почему-то катался по полу, держась за голову. И при этом ударялся о Катьку.
– Обалдел! – оттолкнула она его от себя.
Шуз не почувствовал ее прикосновения. Он продолжал метаться по полу, ударяясь локтями, лопатками, плечами.
– АААААААА!!!!
– Голова болит? – спросила Катька. Подняла руку, защищаясь от подкатывающегося Шуза, и только сейчас заметила – птиц нет. Они исчезли. Оставили после себя свои дурацкие перья, а сами испарились. Рыцарь стоит, опустив сломанный меч. А в центре комнаты среди разбросанных стульев и сдвинутых столов лежат обломки каменного истукана. Пористые, как пемза. И сухие. Абсолютно сухие.
– Что произошло? – прошептала Катька и посмотрела на Рыцаря. – Ты расколол его?
– Не знаю, – прогудело из-под черного капюшона. – Я выполнил свое обещание?
Катька пожала плечами. Кто его знает – выполнил ли? Они договаривались, что он защитит Катьку. Защитил?
– Освободи меня.
Захотелось повредничать. Послать Рыцаря еще куда-нибудь. Например, попугать пацанов из класса.
– Ты обещала!
Катька утомленно махнула рукой.
– Ладно, ладно, обещала. Подтверждаю: ты сдержал свое слово.
Наверное, Рыцарь в этот момент улыбнулся. Совсем так, как это делало его мраморное изваяние на могиле. Но никто этого не увидел, потому что капюшон надежно скрыл лицо.
Улыбнулся и исчез.
Или просто исчез, без сентиментальных улыбок. Вот он стоял, а вот его не стало. Катька представила, как он сейчас вышагивает между могилами, задевая за оградки длинным плащом. Он освободился.
– Ыыыыы! – выл Шуз. – Все из-за тебя! Почему? Почему этот каменный дурак выбрал самую бестолковую девчонку в школе? Сколько нормальных врунов есть!
Он уже не катался по полу, а лежал на спине, стуча пятками. Ноги его были в старых, замызганных, когда-то белых, а сейчас невнятно-серых кроссовках.
Шуза было не жалко.
– А что произошло? – Катька коснулась обломанного края того, что когда-то было истуканом. Острый. И сыпучий. – Почему он развалился? Пересох?
– Сама ты мозгами пересохла! – простонал Шуз. – Неужели так трудно было соврать? Кто они тебе, эти парни? Им бы ничего не было! А я бы стал властелином мира! С каплей мертвой воды можно было сделать все, что угодно!
– Тут он! Тут!
Мимо окна пробежал на класс старше, мелькнули макушки мелких.
– Почему он развалился?
Шуз всхлипнул, тяжело садясь на пол.
– Я так и знал, что моя мечта никогда не осуществится!
– Вот он!
Пацаны разом ворвались в зал.
– Катенька! Катенька! Прости меня, пожалуйста! Ну, я же не знала, что все так получится!
Ириска бежала, вытянув руки. Споткнулась на раскрошившихся камнях, пошла осторожно, с удивлением глядя под ноги.
– На тебя могильную плиту уронили? – прошептала она.
О! Это будет отличная сплетня! Но завтра. На сегодня войны закончились.
– Нет, не на меня. На Дениса.
Пацаны вытащили Шуза на улицу. Впереди у них был серьезный мужской разговор.
Ириска помогла Катьке подняться, по-деловому сообщая:
– Слушай! А я прихожу – там эти на кладбище толкутся… Твоего Шуза ждут. Мне Виталик рассказал, как Шуз всех обманул. Ну вот, а я мимо них и к розовому склепу. Написала желание. Я, конечно, не «волшебник», но вдруг сработает? Пока писала, оглядывалась, а ну как ваш жуткий Рыцарь появится. Нет, не пришел.
– Ты написала? Что?
У Катьки в голове все не укладывалась мысль: Ириска ходила на кладбище… Ириска что-то писала…
– Ну… там… чтобы у тебя все закончилось.
– А зачем? – совсем запуталась Катька. – Зачем написала?
– Ну… там… я как бы виновата… Сама говорила. Все из-за меня. Вот я и написала, чтобы у тебя закончилось, у меня началось. Так и так, пускай с тебя все проклятья сойдут, на меня перейдут. Чего там должно происходить?
– Я соврала. – Катька утомленно закрыла глаза, но сдержать улыбку не смогла. Ириска… подружка… согласилась все взять на себя… Вот это да! – Я сама во всем виновата.
– Да какая разница, кто виноват, – легко согласилась Ириска. – Надо же было как-то тебе помочь. И я все-таки тоже виновата… Вот и написала. А потом земля как дрогнет! Я думала, склеп разваливается. А потом смотрю, пацаны на выход бегут. Ну и я с ними.
Катька глянула на остатки истукана, на Ириску, опять на истукана и все поняла. А поняв, кинулась Ириске на шею. От такого проявления нежности подруга свалилась на пол.
– Спасибо! – прошептала Катька. – Ты мне очень помогла!
