Я сидела у себя в комнате и судорожно прижимала к себе Маенни. Я была в таком ужасе от происходящего, что долго не могла и слова сказать. Таласси и те из ее подруг, кого не похитили и не ранили, сидели тут же. Как пояснили маги, им легче охранять нас всех сразу, чем поодиночке. С нами теперь только Бибби, Иссилла и Неолла, остальные пропали.
Был ранен Лаларри, тот из его сородичей с полосами, два кондора убиты, санды просто покусаны, рании превратились в деревья и камни и так переждали нападение, а вот люди… Людей почти всех разорвали. Тех, кого мы видели в коридорах, просто оглушили. Большая часть жертв осталась в том зале. Как я рада, что не видела их! Я бы спать не смогла!
Нас отпаивали вином, уверяли, что мы в безопасности теперь, но все девушки переглядывались с такой тоской и страхом. Тиррат постоянно отлучался, чтобы узнать новости и помочь магам — он ведь один из сильнейших магов — универсалов империи. Он смог ранить двоих снуев, отогнать их от девочек, пусть и не надолго. Лаларри и сородичи тоже сражались виртуозно.
— Но как такое возможно? — вскочила Таласси, — Они ведь пришли в наш город, они просто плюнули на наши законы!
— Да, Таласси, это объявление войны! — сказал принц, — Они похитили тринадцать знатных женщин и восьмерых мужчин. Мы не нашли среди тел Дессия и Кассия. Слава богам, среди погибших нет моей сестры!
Вечером к нам пришел император, сел грузно на диван, сжал ладони и долго молчал. Лицом он был темен и страшен, осунулся от переживаний.
— Госпожа Виторрия, пророчество стало сбываться очень быстро! Мы даже не предполагали такого… Завтра будет траурная церемония по погибшим, а также поминальный пир. Но… Отбор нужно продолжить! Выбор суженого для Обряда нельзя отставить! У нас лишь чуть более полугода до назначенного часа. За это время вам будет необходимо также добраться до Ледяных Чертогов. Если… если снуи так открыто пошли против империи, значит, Зуэн уже знает о вашей истинной природе!
Я обмерла. Если это так, то нас не спасут ни стены, ни магия! Что же делать?
— Мы переведем столицу, да и всю остальную страну в военный режим. С этого дня все гости будут подвергаться тщательным проверкам нашими магами! Не бойтесь! Мы не допустим больше такого! А похищенных мы вернем! Уже отбираются стражи для похода… Ну да это не для женских ушей! — улыбнулся вымученно правитель, — Отдыхайте и ничего более не бойтесь!
И ушел. За ним потянулись от нас драконы, княжны, маги. Остались лишь трое моих защитников, Таласси и Лаларри. Мы с Маенном и девушкой ушли в спальню, ведь кровать достаточно громадная, чтобы выспаться втроем. А Лаларри сказал, что будет в гостиной.
— Мне было так страшно, Торри! — плакала Ласси, — Я никогда такого не видела! Везде кровь, вспышки магии, тени мечутся! Меня ведь тоже укусили! — она показала мне плечо с отчетливым отпечатком челюсти.
— Бедная моя! — обняла я ее и покачала, как ребенка. Маенн смотрел на нас круглыми глазами. Как же хорошо, что его не было во дворце во время этого побоища! Он вернулся буквально час назад, — Все будет хорошо! Император ведь сказал…
— Не будет, Торри! Оборотни будут в бешенстве, что их проверят маги! Волки такие злые!
Дворец гудел как улей даже ночью. Мы слышали шаги, то мелкие, тихие, то громкие и частые. Бегали стражи, маги, лекари. Мы маялись без сна едва не до рассвета.
Солюшка — маленькая рыбка, безумно соленая. Ее одной хватает, чтобы целый казан супа присолить.
Ночной совет у императора
Император Аэннар Ченнат сидел в кресле за широким, заваленным бумагами, донесениями, списками пропавших и мертвых, письмами, которые принесли соколы с застав изо всех окрестных деревень и городов Империи Виталл, столом. Рядом спорили директор Динерро и маги, начальник стражи Уэллово Танди, доказывая один необходимость атаки, а другой — спокойной и выверенной военной кампании.
Оборотни в лице, точнее, лицах Биллора Тьмы, его сородичей и воинов, рании все двадцать, три морских дракона, перепуганные санды, оба летописца тайерри, князья, из тех, что уцелели, все они еле умещались в немалом рабочем кабинете правителя. А ведь еще скоро прибудут волки!
— Аэннар! — пророкотал Биллор, — Твоя избранная — истинная Заэдар?
— Да! — твердо ответил император, — Ее знак видел мой сын!
— О! Так у вашего сына приличная фора в этом вопросе! — с иронией заметил кондор, но поддержки не нашел ни у кого, — Так зачем мы здесь? Я знаю, что у моих парней знаков нет!
— Дело в том, — подошел к ним Динерро, — Что знак может и не проявиться до контакта с госпожой Виторрией!
Все осознали простую истину, что необходимость Отбора все же есть. И теперь лица посуровели. Рании спокойно ждали решение совета, не выказывая ни малейших признаков волнений. Они в любом случае не претендуют на избранную. Не то чтобы они не видели всей ее красоты и юной прелести. Видели, но человеческие женщины — а избранная, несомненно, человек — им непонятны. Они не могут превратиться в дерево, покачать равномерно кроной, перешептываясь с соседями. Или камнем у реки!
