В конференц-зале царит странная атмосфера: сегодня после обеда мы узнали об уходе Магали из бухгалтерии. Она якобы допустила серьезную ошибку, за что ее тут же уволили. Я не верю в это ни на грамм. Здесь явно какой-то подвох. Она устроилась к нам на работу в прошлом году. Я не очень хорошо ее знала, но Магали выглядела деловой и со всеми была приветлива. Она ушла от нас вся в слезах. За ней приехал ее молодой человек, и мы не успели поговорить. На этот раз сомнений нет: Дебле перешел в наступление и взялся за недавно принятых сотрудников – видимо, чтобы не выплачивать компенсацию за выслугу лет. Шахматная партия началась. Сначала он уберет с доски пешки, чтобы вывести из равновесия ладьи и коней. Месье возомнил себя королем, но он забывает о том, что могут королевы…
Мы поднимаем бокалы, чтобы пожелать удачи Бенжамену, но настроение у нас совсем не праздничное. Каждый задается вопросом, кто станет следующей жертвой «экономических интересов».
Я немного переживаю за Бенжамена. Проводить его пришло меньше половины сотрудников. Дебле, разумеется, отсутствует, но, к моему великому удивлению, Нотело здесь. Я не видела, чтобы он клал конверт в коробку для подарков, и меня это не удивляет. В конференц-зале, где нас не так много, помощник шефа все время старается держаться подальше от Валери. Это забавно. Наверное, боится, что она сорвет с себя одежду и снова начнет спрашивать, нравится ли ему ее белье. Мы смеялись над этим весь вечер.
Бенжамен выставил на стол несколько бутылок, стаканы и тарелки с канапе. Он попросил прощения, что не может представить нам свою невесту: она не успела отпроситься с работы. Он улыбается и со всеми внимателен.
– Я буду тепло вспоминать всех вас. Три года в вашей компании многому меня научили. Я счастлив, что был частью вашей прекрасной команды.
Я наблюдаю за ним. Он держится прямо, двигается уверенно, говорит без запинки. Настоящий мужчина. Я ведь всегда считала его юнцом, новичком, как на работе, так и в жизни. А теперь он женится. Берет судьбу в свои руки. Он способен уехать, предварительно обсудив срок отработки. В нем нет ничего детского. Увы, меня это не делает моложе.
Когда мы обнаруживаем, что люди, которых мы всегда считали детьми, уверенно совершают взрослые поступки, мы тут же стареем. Впервые я почувствовала это, когда обедала в кафе. Официантка была совсем юной. Я подумала, что она, должно быть, дочь хозяев, и для нее это просто забава. Но, поговорив с ней немного, я узнала, что ей двадцать один год, она училась в разных странах, у нее есть вид на жительство, и она идет по жизни, не нуждаясь ни в чьей помощи! Глядя на нее, я моментально ощутила свой возраст. Даже если я еще не гожусь ей в матери, все равно я намного старше. С тех пор я испытывала это чувство не раз, с каждым годом все чаще. И вот сейчас я смотрю на Бенжамена, и мне уже кажется, что мир захватили дети, сбежавшие из детского сада.
Мы считаем, что по возрасту находимся где-то между родителями (однозначно взрослыми), бабушками и дедушками (невероятно старыми) и юнцами, которые едва научились писать. С одной стороны у нас динозавры, с другой – младенцы. Мы располагаемся где-то посередине, на вершине пьедестала, и наслаждаемся своим всесилием, потому что только мы одновременно «знаем и можем». Но день за днем жизнь ненавязчиво отодвигает вас в сторону. Бабушки и дедушки уходят, и вы продвигаетесь на один пролет. Родители тоже стареют, и те, кто идет следом, наступают вам на пятки. Каждый день вы делаете новый шаг к тому возрасту, где будущее становится все короче. Бенжамен снова напомнил мне об этом. Как подумаю, что воображала себя рядом с ним… Неужели я настолько глупа? Он правильно делает, что двигается вперед и женится на красивой девушке. Свою очередь я, видимо, пропустила, теперь настала его.
Бенжамен завершает речь, наша маленькая аудитория аплодирует. Флоранс и еще одна коллега успели сходить в магазин и купить обеденный сервиз на двоих, который теперь вручают ему. Он растроганно благодарит всех и целует. Ребята хлопают его по плечу, поздравляя с удачной «логистикой». Только один человек не принимает участия в этом ритуале мужских поздравлений, одновременно неуклюжих и трогательных: Нотело. Надо полагать, он придерживается правила не фамильярничать с мелкими служащими. Бывший директор и основатель компании месье Мемнек, помнится, танцевал со всеми, смеялся, общался на равных, но при этом никто не забывал, что он шеф. Есть еще одна причина, по которой Нотело может сторониться Бенжамена: Валери стоит рядом с ним и хохочет как ненормальная вместе с Флоранс и Маликой.
Впрочем, Нотело пользуется тем, что она занята, и подходит ко мне.
– Мадемуазель Лавинь, я должен с вами поговорить. Срочно. Это невероятная необходимость, – шепчет он.
