Большие деньги полностью

– Да, ничего хорошего. – Увидав его автомобиль, она замерла на миг от удивления. – Ба, выходит, вы процветающий миллионер!

Садясь в машину, оба они смеялись. В ее манере разговаривать тоже было что-то такое, что вызывало у него желание рассмеяться. Девушка не сказала, как ее зовут.

– Называйте меня просто мадам Икс, – пошутила она.

– В таком случае называйте меня мистер А…

Они смеялись, хихикали всю дорогу, до самого Дейтон-Бич. Остановились там на пляже, чтобы окунуться. Чарли было неудобно за свой животик, за хромоту, а она бежала по песку, такая загорелая, такая стройненькая в своем голубом купальнике. Какая у нее хорошая фигурка, правда, бедра чуть толстоваты.

– В любом случае я не похож на человека, у которого одна нога короче другой. Док говорит, что через несколько дней я буду в полном порядке. Если, конечно, стану активно заниматься физическими упражнениями.

– Конечно, я уверена, что у вас скоро все будет хорошо. А то я думала: что это за милый старенький богатый поклонник из местного бара.

– А я думаю, что вы, мадам Икс, красотка хоть куда.

– Надеюсь, вы не станете описывать Кому-нибудь мою красоту, мистер А.

Когда Чарли выходил из воды, нога, казалось, горела, но адская боль все же не отбила поистине волчьего аппетита – такое у него случилось впервые за многие месяцы. После плотного обеда из рыбных блюд они поехали дальше. Она, положив головку ему на плечо, уснула. Как же ему было приятно мчаться по ровному бетонному полотну дороги, хотя, конечно, усталость уже давала себя знать. В Майами она попросила отвезти ее в маленький отель у железнодорожного вокзала и к себе не пригласила.

– Разве мы, черт возьми, больше не увидимся?

– Почему же? Можете увидеть меня в ресторане «Палмс». Я там работаю каждый вечер. Я там – затейник.

– Честно говоря… Я с самого начала понял, что вы затейливая женщина, но никогда не думал, что профессионалка.

– Какую огромную услугу вы мне оказали, мистер А. Теперь могу признаться… Я оказалась на мели – у меня в кармане оставалось как раз столько денег, чтобы заплатить за чашку кофе и бутерброд. К тому же, если бы вы меня сюда не подвезли, я потеряла бы работу… Как-нибудь я расскажу вам обо всем поподробнее.

– Скажите, как вас зовут. Мне хотелось бы вам позвонить.

– Нет, прежде вы скажите свое имя.

– Чарлз Андерсон. Я буду жить, смертельно скучая, в «Майами-Билтмор».

Значит, вы на самом деле мистер А. Не солгали… Ну, до свиданья, мистер А, и еще раз миллион раз спасибо. – и она побежала к отелю.

Чарли уже сходил по ней с ума, в этом у него не оставалось и тени сомнения. Но он так устал за день, что с большим трудом доехал до своего отеля. Поднявшись к себе, он рухнул на кровать и впервые за несколько месяцев крепко заснул, не напившись перед этим.

Через неделю, когда Нэт Бентон приехал к нему, то был ужасно удивлен тем, в какой он, Чарли, хорошей физической форме.

– Вот что значит смена обстановки! – засмеялся он.

Они вместе поехали в Киз. В кармане у Чарли лежала фотография Марго Доулинг – фотография, сделанная профессионалом, в испанском костюме из ее номера. Он ходил в «Палмс» каждый вечер, но пока ему не удавалось вытащить ее с собой куда-нибудь. Если он что-то предлагал, она только кривила губы и качала головой:

– Я все расскажу вам когда-нибудь!

Но все же накануне вечером дала ему номер телефона, по которому он мог бы ее найти.

Нэт только и говорил о бирже, о фондовом рынке, о реорганизации, затеянной Мерриттом в «Терн» и «Эскью – Мерритт», а Чарли постоянно его обрывал:

– Послушай, мне все это так надоело! Давай поговорим о чем-нибудь другом.

В лагере для рыбаков все было отлично, вот только донимали проклятые москиты. Весь день они провели на рифе, где ловили барракуду и морских окуней с моторной лодки. Они прихватили с собой целый кувшин с ба-карди и между поклевками выпивали.

Чарли рассказал Нэту об аварии.

– Честно говоря, я себя в этом не виню. Одна из случайностей, которые трудно предусмотреть. Теперь мне так паршиво, словно я потерял своего последнего на свете друга. Отдал бы все, только бы с Биллом ничего этого не произошло, правда.

– Ну что ты убиваешься, – охладил его Нэт, – он ведь был всего лишь механиком.

Однажды, когда они вернулись с рыбалки навеселе, – с грязными руками и в грязных штанах, от которых несло рыбой, с опаленными солнцем лицами, с гудящими от гула мотора, запаха бензина и масла, от немыслимой тряски в лодке головами – в отеле их ждала телеграмма из конторы Бентона.

– Требуют указаний, черт бы их побрал, – ворчал Бентон, запихивая свои вещи в чемодан. – Нужно поехать и самому во всем разобраться. Может, сядем на самолет в Майами?

– Можешь лететь, – равнодушно проронил Чарли. – Я поеду поездом.