| We played until nine o'clock, and then it was arranged that when Estella came to London I should be forewarned of her coming and should meet her at the coach; and then I took leave of her, and touched her and left her. | Мы играли до девяти часов, а кончив, условились, что, когда Эстелла соберется в Лондон, я буду предупрежден о ее приезде и встречу ее на почтовом дворе; а потом я простился с ней, коснулся ее руки и ушел. |
| My guardian lay at the Boar in the next room to mine. | Мой опекун остался ночевать в "Кабане", в соседней со мною комнате. |
| Far into the night, Miss Havisham's words, | Далеко за полночь в ушах у меня звучало заклинание мисс Хэвишем: |
| "Love her, love her, love her!" sounded in my ears. | "Люби ее, люби ее, люби!" |
| I adapted them for my own repetition, and said to my pillow, | Изменив его на свой лад, я без конца твердил в подушку: |
| "I love her, I love her, I love her!" hundreds of times. | "Я люблю ее, люблю ее, люблю!" |
| Then, a burst of gratitude came upon me, that she should be destined for me, once the blacksmith's boy. | Потом во мне волной поднялась благодарность за то, что Эстелла предназначена мне, бывшему подмастерью кузнеца. |
| Then I thought if she were, as I feared, by no means rapturously grateful for that destiny yet, when would she begin to be interested in me? | Потом я стал думать: если она, как я опасался, отнюдь не испытывает горячей благодарности судьбе за такую милость, то когда же у нее появится ко мне интерес? |
| When should I awaken the heart within her that was mute and sleeping now? | Когда мне удастся разбудить ее сердце, которое до времени молчит и дремлет? |
| Ah me! | Увы! |
| I thought those were high and great emotions. | Я мнил, что это были высокие, благородные чувства. |
| But I never thought there was anything low and small in my keeping away from Joe, because I knew she would be contemptuous of him. | Но я и не задумался над тем, как мелочно и низко с моей стороны было не пойти к Джо, - я знал, что она отнеслась бы к нему с презрением. |
| It was but a day gone, and Joe had brought the tears into my eyes; they had soon dried, God forgive me! soon dried. | Всего один день миновал с тех пор, как Джо исторг у меня слезы; они быстро высохли, да простит меня бог, слишком быстро! |
| Chapter XXX | ГЛАВА XXX |
| After well considering the matter while I was dressing at the Blue Boar in the morning, I resolved to tell my guardian that I doubted Orlick's being the right sort of man to fill a post of trust at Miss Havisham's. | Наутро, одеваясь у себя в комнате, я как следует поразмыслил и решил сказать моему опекуну, что Орлик, как мне кажется, не совсем подходит для положения доверенного человека в доме мисс Хэвишем. |
| "Why of course he is not the right sort of man, Pip," said my guardian, comfortably satisfied beforehand on the general head, "because the man who fills the post of trust never is the right sort of man." | - Ну, разумеется, не подходит, Пип, - сказал мой опекун, видимо и на этот счет имевший вполне сложившееся мнение. - Для положения доверенного человека ни один человек не подходит. |
| It seemed quite to put him into spirits to find that this particular post was not exceptionally held by the right sort of man, and he listened in a satisfied manner while I told him what knowledge I had of Orlick. | То обстоятельство, что и данный случай не явился исключением из общего правила, привело его, казалось, в отличнейшее расположение духа, и он с довольным видом выслушал все, что я мог сообщить ему про Орлика. |
