| "Provided by contract, you know; don't be afraid of it!" | "Кушайте, не стесняйтесь, за все уплачено вперед". |
| I drank to the new couple, drank to the Aged, drank to the Castle, saluted the bride at parting, and made myself as agreeable as I could. | Я пил за здоровье молодых, пил за Престарелого, пил за процветание замка, на прощанье поцеловал новобрачную, - словом всячески постарался не испортить им праздника. |
| Wemmick came down to the door with me, and I again shook hands with him, and wished him joy. | Уэммик проводил меня до дверей, и я еще раз пожал ему руку и пожелал счастья. |
| "Thankee!" said Wemmick, rubbing his hands. | - Благодарствуйте! - сказал он, потирая руки. |
| "She's such a manager of fowls, you have no idea. | - С курами она управляется просто на диво. |
| You shall have some eggs, and judge for yourself. | Вот отведаете как-нибудь яиц - сами скажете. |
| I say, Mr. Pip!" calling me back, and speaking low. "This is altogether a Walworth sentiment, please." | Эй, мистер Пип! - крикнул он мне вдогонку и закончил вполголоса: - Это я вам высказал чисто уолвортское мнение. |
| "I understand. | - Понимаю. |
| Not to be mentioned in Little Britain," said I. | И на Литл-Бритен повторять его не следует. |
| Wemmick nodded. | Уэммик кивнул. |
| "After what you let out the other day, Mr. Jaggers may as well not know of it. | - После того что вы в тот раз выболтали, лучше, чтобы мистер Джеггерс об этом не знал. |
| He might think my brain was softening, or something of the kind." | А то он, чего доброго, решит, что у меня размягчение мозгов или что-нибудь в этом роде. |
| Chapter LVI | ГЛАВА LVI |
| He lay in prison very ill, during the whole interval between his committal for trial and the coming round of the Sessions. | Весь месяц, оставшийся до начала судебной сессии, он тяжко болел. |
| He had broken two ribs, they had wounded one of his lungs, and he breathed with great pain and difficulty, which increased daily. | У него было сломано два ребра, они задели легкое, и ему день ото дня становилось труднее и больнее дышать. |
| It was a consequence of his hurt that he spoke so low as to be scarcely audible; therefore he spoke very little. | И говорил он от боли так тихо, что его едва можно было расслышать, а потому все больше молчал. |
| But he was ever ready to listen to me; and it became the first duty of my life to say to him, and read to him, what I knew he ought to hear. | Но слушать меня он был готов сколько угодно, и первой моей обязанностью стало говорить и читать ему то, что, как я знал, было ему всего нужнее. |
| Being far too ill to remain in the common prison, he was removed, after the first day or so, into the infirmary. | В таком состоянии он не мог помешаться в общей камере, и дня через два его перевели в лазарет. |
| This gave me opportunities of being with him that I could not otherwise have had. | Только это и позволило мне навещать его так часто. |
| And but for his illness he would have been put in irons, for he was regarded as a determined prison-breaker, and I know not what else. | И если бы не болезнь, его непременно заковали бы в кандалы - ведь считалось, что он -закоренелый преступник и обязательно попытается бежать. |
