Третий рубеж обороны – в тридцати километрах к востоку от Стамбула, двадцатикилометровая линия укреплений между озерами Дуругель и Бю-юкчекмедже. Четвертый рубеж – непосредственно вокруг европейской части Стамбула и вдоль берега Босфора. В мирное время на всех четырех рубежах было около ста тысяч личного состава. В случае войны или угрозы таковой планировалось усиление этих рубежей резервистами до как минимум двухсот тысяч. Но война для Турции началась сначала в Трансиордании и Ираке. С севера никакой угрозы не наблюдалось, и все мобилизованные были использованы в наступлении на Ирак, Аравию и к Суэцкому каналу. Обширные и не сильно заселенные захваченные территории нуждались в постоянных воинских гарнизонах. Вот там и осталось все несостоявшееся усиление стамбульско-босфорской обороны. Затем началась война на Кавказе. Кадровая армия Турции и сборная солянка армии Роммеля быстро стачивались там о советскую оборону. Возникла потребность в усилении вновь формируемых дивизий кадровым личным составом. Так, в двадцатых числах марта с рубежей обороны было изъято около пятнадцати тысяч кадровых солдат-сержантов и офицеров. В середине апреля на Кавказский фронт было отправлено еще столько же кадровых военнослужащих и половина всей артиллерии с первого и второго рубежей укрепрайонов. В начале мая в восточные провинции Турции отправились еще десять тысяч солдат и офицеров, вся артиллерия с границы, за исключением небольшого числа орудий, оставшихся в Эдирне, и половина пушек с третьего рубежа.
В итоге к 13 мая турецкие силы, противостоящие 5-й Ударной, выглядели следующим образом. Семь тысяч размазаны ровным слоем по пограничным заставам и приграничным укреплениям. 23 бойца на километр границы. Тысячные гарнизоны в укреплениях Эдирне и Кыркларели. На втором рубеже – две крепостные дивизии общим числом в пятнадцать тысяч. 75 солдат на километр фронта. Третий рубеж – десять тысяч бойцов. 500 человек на километр фронта. Четвертый рубеж, включая гарнизон Стамбула и укрепления береговой обороны, – двадцать пять тысяч. Артиллерийских орудий на всех четырех рубежах, не считая береговые батареи, было около сотни. Больше половины из них 37—45-мм, и ни одного калибром свыше 100 мм. Причем только четверть этих орудий располагалась на направлениях, по которым должна наступать 5-я Ударная. Бронетехники в европейской части Турция не имела вообще, за исключением нескольких БТР в гарнизоне Стамбула. Все было отправлено на восток страны. Автотранспорт тоже был весь изъят для нужд войск на востоке. Все части европейских укрепрайонов перешли на гужевой транспорт, коего тоже было не шибко много. Авиация турок здесь состояла из одного истребительного полка, летавшего на старых версиях «Мессершмиттов» и лицензионных польских PZL Р-24[145]. Тридцать турецких истребителей против приданного моей армии авиакорпуса. Смешно. Туркам не очень.
Вот так вот. А мы-то по максимуму считали турок. Исходили из двухсот-двухсотпятидесяти тысяч в общем и из семидесяти-восьмидесяти тысяч турецких солдат в районах нанесения основных ударов армии. В реальности же получается, что их всего не более шестидесяти тысяч, а там, где мы пойдем, их нам встретится тысяч тридцать – тридцать пять. Из максимальных сил противника и считали свои силы. У нас три сотни танков, две сотни САУ, пять десятков зенитных самоходок, две сотни стволов артиллерии калибром 122–152 мм, сотня 120—160-мм минометов, установленных на бэтээры, семь десятков «катюш», почти вся пехота на бэтээрах, все тылы на грузовиках. Ага, как говаривал в другом времени покойник Жуков, при таком соотношении в докладе командованию о противнике не упоминают, а докладывают о достижении указанного в приказе рубежа и запрашивают дальнейшую задачу.
В общем, большое человеческое спасибо товарищам с Закавказского фронта, неторопливо перемоловшим практически все резервы турецкой армии.
Против турок было еще то, что приграничные укрепрайоны они не успевают занять. Нет у них еще информации, что мы рядом.
Перед самым переходом передовых частей армии через турецкую границу по укрепрайонам в Эдирне и Кыркларели отработала наша авиация. Кидали в основном бомбы объемного взрыва. Бункеры-доты целы, а личному составу каюк, по казармам тоже сыпанули от души. В казармах большую часть гарнизонов Эдирне и Кыркларели и положили наши летчики, а в бункерах-дотах, оказалось, были только часовые-дежурные.
Вслед за авиацией с двух направлений на Эдирне и с одного на Кыркларели пошли передовые части. В Эдирне для поддержки танков-пехоты на греческую территорию заехали три наших бронепоезда. Пограничные заставы были размазаны минометным и артиллерийским огнем. Через полчаса после перехода границы наши передовые подразделения уже были в Эдирне и Кыркларели и обнаружили, что там им никто особо сопротивляться не собирается. Рванули дальше.
