Оперативное совещание УВД Южноморского района подходило к концу. Слово было предоставлено заместителю прокурора, юристу 3-го класса Эрнесту Леопольдовичу Угорскому, восседавшему по правую – руководящую – руку полковника Сичинавы. Перед Угорским лежала плотно набитая документами папка, с которой он на протяжении всего совещания активно общался. Вот и сейчас, поблагодарив кивком полковника, извлек из папки стопочку, пошуршал ею, сверяясь, и заговорил хорошо поставленным баритоном все о том же – о внезапном вале преступности, захлестнувшем Южноморск. Зам прокурора счел необходимым привести наиболее вопиющие правонарушения в хронологический порядок и рассчитать их по номерам.
Первый: появление сексуального маньяка и череда зверских изнасилований.
Второй: странное нападение группой неизвестных, чьи личности пока, к сожалению, установить не удалось, на «Амфитриту», и еще более странное их обезвреживание силами одного-единственного отпускника из Санкт-Петербурга.
Третий: изнасилование и избиение Ольги Филиппенко, в котором пострадавшая обвинила упомянутого выше отпускника, согласно предъявленным документам, Игоря Викторовича Сурова.
Четвертый: драка возле городского пляжа, в которой вновь фигурирует все тот же Игорь Суров.
Пятый: нападение на автоколонну ФСБ, перевозившую опять-таки Сурова и обезвреженных им налетчиков. В перестрелке с неизвестными преступниками убито двое и ранено пятеро сотрудников госбезопасности.
Шестой: нападение другой группы неизвестных преступников на группу, напавшую на автоколонну. Результат завязавшегося между преступными группами боя: шесть трупов с огнестрельными ранениями, причем ни один до сих пор не идентифицирован. Кроме того, преступниками был сбит вертолет МВД, экипаж и находившиеся на борту сотрудники, к несчастью, погибли. Прошу почтить их светлую память минутой молчания…
(Все встают и продолжают молчать стоя. Угорский краем глаза засекает время и присоединяется к коллективу.)
Седьмой: исчезновение Сурова и налетчиков на «Амфитриту». Выделяю этот факт отдельным эпизодом, поскольку нам неизвестно, когда они исчезли: во время первого нападения, в процессе второго или же в промежутке между ними…
Восьмой: исчезновение эстонского бизнесмена Томаса Вейдле, который, как установлено ФСБ, за день до своего исчезновения имел приватную беседу с директором «Амфитриты» Станиславом Кульчицким.
Девятый: поспешное и немотивированное бегство вышеупомянутого Кульчицкого за пределы нашей юрисдикции. Согласно непроверенным данным – в Польшу.
Десятый: нападение на трактир «Радомир», что на улице имени И. А. Ильина, предпринятое группой неизвестных именно в то время, когда в трактире происходила незапланированная встреча известного американского бизнесмена и общественного деятеля Стэнли Эббота с патриотически-настроенными гражданами нашего города. Трактир был цинично и с особой жестокостью забросан продуктами питания с исчерпанным сроком годности и, хотя на этот раз, к счастью, обошлось без жертв, моральные потери не поддаются точному исчислению…
Наконец одиннадцатый, расчет закончен: сегодняшняя перестрелка в отеле «Фанагория» между силами правопорядка и неизвестными, забаррикадировавшимися (прошу обратить на этот факт особое внимание) в номере, который занимал до своего задержания и последующего исчезновения… Игорь Суров! Двое полицейских ранено. Со стороны неустановленных правонарушителей трое убитых; один в тяжелом состоянии доставлен в больницу и, естественно, взять с него показания в ближайшее время не представляется возможным.
Тут зам прокурора организовал драматическую паузу, плеснул себе нарзанчику, освежился и продолжил, уже не глядя в бумажку.
– Товарищи, давайте просуммируем факты. Что в перечисленных эпизодах, прежде всего, бросается в глаза?
– Прошу прощения, Эрнест Леопольдович, – поднял руку затосковавший Мамчур, – это конкретный вопрос или риторический?
– Свои соображения, капитан, вы можете изложить после моего выступления, если, конечно, Нугзар Константинович предоставит вам слово.
– Попросит – предоставлю, – буркнул Сичинава.
– Я повторю с вашего позволения свой вопрос. Что, прежде всего, бросается в глаза в этой длинной череде безобразных преступлений? Прежде всего, товарищи офицеры, бросается в глаза активное фигурирование в них одного и того же человека, которого все вы видели, знаете, так как совсем недавно он провел в вашем изоляторе некоторое время и, насколько мне известно, оставил по себе неизгладимые впечатления. Не так ли, капитан?
– Если вы о портовом ворюге Челкаше, товарищ зам прокурора, то он у нас до сих пор сидит в изоляторе и продолжает активно производить неизгладимые впечатления, – не моргнув глазом, отбрил прокурорского Мамчур.
