Итак, от Белобородова ниточка привела Аргутинова к Анне Сергеевне Берг. От Анны Сергеевны к некоему Андрею Лернеру, дипломированному фармацевту, работавшему когда-то на фармацевтическом комбинате, принадлежащем Лядову, а теперь лечащегося от хронического алкоголизма в одном из наркологических диспансеров. В связи с этим Лернером выяснилась одна любопытная деталь: запил горькую означенный Лернер аккурат после странной кражи, имевшей место в его квартире. Преступники унесли много чего ценного, но в том-то и состоит странность, что недалеко унесли. Все нашлось в течение трех дней в ближайших от квартиры Лернера мусорных бачках. Дело так до сих пор и не раскрыто. Аргутинов подозревает, что целью преступников были не вещи, а то, что лежит перед присутствующими в пакетике. И еще он подозревает, что преступников на квартиру Лернера навела именно Анна Сергеевна. Правда, доказательств у него, кроме интуиции и логики, никаких нет. Есть соображение по аналогии. Например, был Белобородов заядлый торчок, из тех, кому вен на руках уже не хватает, а стал, по крайней мере, с виду – нормальным человеком. То же самое произошло с некоей Машей, пассией Анной Сергеевны, из-за которой, как говорят, расстроилась ее свадьба с Кульчицким. Была эта Маша наркоманкой и проституткой, а стала или, точнее, вот-вот станет почтенной матерью без вредных привычек…
Тут Мамчур, не сдержав сарказма, полюбопытствовал, уж не Анна ли Сергеевна отец будущего ребенка. Однако Аргутинов высокомерно проигнорировал вопрос, чем вряд ли увеличил свою популярность у читателей. Полковник Сичинава со своей стороны не увидел связи между рассказанной Аргутиновым историей и его же ходатайством об экспертизе водосбора. Мамчур, вопреки ожиданиям, разделил мнение капитана, заявив, что если бы Нугзар Константинович лучше знал эту штучку Берг, он бы эту связь непременно увидел.
– Это же не баба, а Жанна д’Арк в юбке, – привел он самый убедительный из своих доводов напоследок.
– Скорее уж Вера Засулич в штанах, – возразил неблагодарный Аргутинов.
– Понял – бой-баба, – кивнул Сичинава. – Ладно, насчет экспертизы подумаем, провентилируем вопрос, где надо… Ты, Виктор, помнится, говорил, что знаешь, зачем Аникеев в Казачьем Тыне оказался. Уж не по этому ли делу?
– Не знаю, а догадываюсь, Нугзар Константинович, – внес поправку осторожный Аргутинов. – Догадываюсь, что не по этому, а по своему делу он там оказался. Раз он роет под Лядова и ему сгодится любой криминал, а к самому Лядову близко не подойти, значит надо брать в разработку людей из его ближайшего окружения. А кто может быть ближе, чем родная племянница, которая родом как раз из Казачьего Тына?
– Тьфу ты, Господи, опять эта Берг! – воскликнул в сердцах Сичинава. – Просто зациклились все на этой бабе… У нее что, там родители остались?
– Насколько мне известно…
Но что было известно капитану Аргутинову, и насколько – мы узнаем позже, не сейчас. Потому что сейчас в кабинете начальника милиции начнется форменная суета и какофония телефонных переговоров одновременно трех абонентов разом. С Сичинавой свяжется краевое начальство, с Аргутиновым – Рябько, ну а с Мамчуром – Аникеев…
Итак, все кусочки, осколки и щербинки замысловатой мозаики были, наконец, собраны воедино, но упорно не желали укладываться в голове Аникеева в цельную картину преступления. То ли место им не нравилось, то ли связующей нити недоставало. Выдергивалась из общей свалки и принималась мучить Александра Николаевича то одна мысль, то другая, то третья. А то вдруг горькое сожаление соленой волной накатит, на самокритику сагитирует, «глупцом», «слепцом» и прочими хорошими, но нецензурными словами аттестовать себя обяжет. Да и былые надежды в покое не оставляют, нет-нет и блеснут синим оперением, растревожат душу напрасностями: а вдруг еще не поздно пересдать, переиграть, перебелить, переродиться, тем более что перестроиться нам раз плюнуть, даже растирать не понадобиться? От такого содержимого и расплакаться недолго. Но Аникеев держался стойко: зубами не скрежетал, красных от недосыпа глаз кулаками не тер и новых сигарет от собственных окурков не прикуривал, – только от зажигалки…
