Петр Алексеевич пришел, когда наша беседа была в разгаре. Сел на диван и тут же на лету перехватил нить разговора, вспомнив, как они с Юлией Николаевной познакомились, будучи студентами. А я представил, как они гуляли по ночам, как светились над ними цветущие деревья, как они говорили — восторженно и доверчиво. Жизнь так сложилась, что заметной, заслуженной, прославленной стала жена. Неужели не отразилось это на Петре Алексеевиче? Неужели он ни разу не пожалел, что не отмечен лаврами, не почувствовал досады?
Я быстро убедился, что Петр Алексеевич был так растворен в делах жены, как тепло рассказывал о них!
Я вспомнил слова Гегеля о сущности любви и решил, что Гегель, когда писал их, представлял себе кого-то, очень похожего на Петра Алексеевича.
«Подлинная сущность любви состоит в том, чтобы отказаться от сознания самого себя, забыть себя в другом «я» и, однако, в этом исчезновении и забвении впервые обрести самого себя и обладать собою...»
— После педагогического института у Юлии Николаевны было два увлечения: химия и биология. Потом прочно и навсегда биология взяла верх. Хотя к химии она и сейчас неравнодушна. Только войдет в кабинет, сразу на доску глазами — нет ли ошибки. А как она работала в своих школьных садах, вы бы видели! До того земле кланялась, до того сгибалась, что однажды разогнуться не смогла, как ни старалась. Так ее, скрюченную, на «скорой помощи» и увезли в больницу, прямо из сада. Ребята каждый день бегали, скучно им без нее было. Представьте, двести восемьдесят человек в школе, из них сто семьдесят вовлечены Юлией в биологическую работу. До нее садов таких в Музы-ковке не было. А когда при школе распахнулся ее сад, зацвел — тут уж ребята увидели, что ради такой красоты никаких сил не жалко, что ее беречь и приумножать надо. К фруктам у нее свободный доступ. «Ты наелся?» — спросит. «Наелся!» — «Еще хочешь?» — «Хочу!» — «Тогда возьми тяпку и пойди прополи этот кусочек, а потом поешь!..» Одна девочка, помню, проводила опыт с горохом. Собрала урожай, мало показалось. Юля спрашивает: «Может, у тебя на участке еще стручок-другой есть?» Девочка соглашается: «Есть, есть!» Еще раз собрала горох, потом еще раз. И в итоге всех ее сборов — урожай выше колхозного. На всю жизнь запомнила, как бережно к плодам своих рук относиться надо... А осенью в Музыковке были праздники урожая. Лучшим ребятам вручали туристские шашки, шахматы, мячи, грамоты — по семьдесят-восемьдесят человек награждали. А вторая часть праздника — длинный стол и свои фрукты на нем: яблоки, арбузы, виноград...
МОНОЛОГ О ВОСПИТАНИИ
Густел, наливался чернью синий свет за окнами. Я слушал жадно, хотя чувствовал, что устал.
А Юлия Николаевна увлекалась, молодела, освещалась изнутри своим вдохновением.
— Я думаю, что хорошим человеком ребенка можно воспитать только в труде. Устраняя обязанности, труд из его жизни, мы его портим, а в конечном счете — губим. Принес малыш тапки отцу — какая гордость для его маленьких сил. Подал матери полотенце — разделил с ней труд, испытал счастье, а след от этого счастья, пусть незаметный поначалу, останется и отзовется в будущем...
«Она говорит общие слова! — подумал я вдруг. — Но где же откровения? Мне нужны откровения! Я приехал за ними!..»
— Вспомните Януша Корчака, — говорит Юлия Николаевна, — «Все современное воспитание направлено на то, чтобы ребенок был удобен, последовательно, шаг за шагом стремится усыпить, подавить, истребить все, что является волей и свободой ребенка, стойкостью его духа, силой его требований». Сколько мы сами, спеша, нервничая, заглушаем в ребенке хороших, красивых, нужных ростков! Забывая элементарное: дать ему почувствовать, что в семье он — полноправный член, что у него есть свои права и обязанности, что без него, без его усилий семье будет хуже, неуютнее, холоднее!..
Тут я снова отключился. Вспомнил своих двух сыновей. Их упрямство. Их шумные игры. Старшему пять лет, младшему — два года. Но сколько с ними проблем!.. Старший ревнует младшего, старший ябедничает и жадничает. Младший капризен до невозможности... То они не хотят есть, то их никак не вывести на улицу, то никак не уложить спать... Мелочи, казалось бы... Но как они действуют на нервы, эти мелочи, какое порой вызывают раздражение...