Шанс у шпионов был и неплохой. Они намеревались выстрелить в императора из двух арбалетов, когда он будет проезжать мимо. А затем вароги собирались покинуть дом через черный ход, смешаться с толпой и до ночи затаиться в трущобах, откуда можно выбраться за городские стены. Но когда вароги увидели, как плотно гвардейцы окружили приближающегося Фридриха, Стоян засомневался и, покачивая заряженный арбалет в руках, сказал:
— Попасть сложно. Люди будут мешать и флаги над головой императора. Гляди сколько народу. А потом уйти будет сложно. Не выберемся.
— Да, — согласился с ним Тихомир. — Но мы обязаны попробовать.
Стоян покачал головой и признался:
— Руки дрожат. Не по себе мне. Озноб бьет и страшно.
Тихомир покосился на него и кивнул в сторону двери:
— Уходи, я сам все сделаю.
— Я тебя не брошу, — отозвался Стоян.
— Уходи! — Тихомир повысил голос: — Дождешься меня в трущобах! Я старший! Выполняй!
Слегка подрагивающими руками Стоян положил арбалет на пол, отступил к двери и сказал:
— Прости, брат.
Стоян вышел, а Тихомир бросил взгляд на процессию и встряхнул головой. Ему тоже было не по себе, но он оказался крепче напарника, которого не стоило осуждать. И сам для себя он решил, что если не попадет с первого раза, то сделает второй выстрел. Как говорится — не только за себя, но и за друга.
Варог пошире открыл ставни и поудобней перехватил оружие. В своем учебном потоке он считался лучшим стрелком и вот настал миг, когда он должен был показать свое умение.
"Боги! — мысленно взмолился Тихомир. — Укрепите меня!"
Император, подняв вверх правую руку, улыбался. Он приветствовал своих подданных и был доволен. Верный конь послушно шел по улице и, наконец, поравнялся с окном, в котором стоял варог.
"Пора!" — подстегнул себя Тихомир, краем глаза заметил в толпе Стояна, который протискивался через людей, и сосредоточился на цели.
Расстояние небольшое, всего двадцать метров, промазать трудно, и Тихомир выстрелил.
Щелкнула тетива арбалета, и скрипнул спусковой механизм. Арбалетный болт устремился в императора и варог был уверен, что не промажет. Но вмешался случай. То ли молитвы горожан защитили Фридриха, то ли ангел — хранитель или темные демоны, то ли простая случайность. Красивая молодая горожанка метнулась к рыцарям. Она подкинула в воздух синий шарфик, и один из молодых гвардейцев решил его подхватить. Он заставил коня выйти из строя и оказался на линии полета стрелы, которая вонзилась ему в лицо.
Рыцарь выпал из седла и потянул на себя повод, который был намотан на руку, а его конь заартачился и пошел на толпу. Люди, еще не понимая, что произошло, закричали и попятились прочь. А варог схватился за второй арбалет. Однако было поздно. Вокруг императора, заставив его спуститься на брусчатку, сгрудились гвардейцы, и достать Фридриха было невозможно.
— Вот он! Стрелок! — закричал Альфред фон Рар, указывая на открытое окно.
Моментально в дом вломились воины, натасканные псы из охраны императора. О побеге можно было уже не думать, Тихомир понял это сразу, и он поступил так, как его учили наставники.
Варог снова выстрелил и попал в Альфреда фон Рара. Стрела, пробив доспех, вонзилась рыцарю в грудь, а Тихомир выхватил длинный кинжал и выпрыгнул из окна. Перед смертью он хотел достать еще одного крестоносца, а лучше двух или трех. Однако падение было неудачным. Молодой шпион рухнул в толпу, в которой уже были вражеские воины, и когда он попытался подняться, телохранитель императора вогнал ему в живот меч и резко его провернул.
Тихомир умер быстро, без мучений, и унес с собой все секреты, какие знал. Стоян узнал, что напарник погиб, благополучно выбрался из города и через три дня встретился с Робертом де Ге, который с варогами и несколькими королевскими воинами направлялся к замку Трифельс, выручать Алиенору Аквитанскую. А император Фридрих Барбаросса в тот день все же покинул Бремен и продолжил свой поход на север.
Рарог. Весна 666 °C. М.З. Х.
— Свойрад! Ты здесь!? — в просторную избу, где собирались шпионы Рарога, ворвался один из городских наблюдателей.
— Да! — Свойрад, который вместе с двумя товарищами сидел за столом, поднял руку и поманил вестника.
Наблюдатель, молодой парень, подошел к нему и доложил:
— В городе появилась еще одна группа убийц.
— Точно?
— Да.
— Сколько их и где они?
— В порт вошла лодья, на ней купцы из Волегоща и с ними беженцы. В основном бодричи и лютичи, завтра на Борнхольм пойдут. Но среди них несколько древан. Группа из шести человек, четверо мужчин и две молодые девки. Держатся расслабленно, внимания не привлекают. Однако в порту их встретили вражеские бойцы и сейчас они заселяются на постоялый двор Ефима Данича.
— Кто за ними помимо тебя присматривает?
— Беляй.
— Хорошо. Не спускайте с них глаз.
Варог кивнул и удалился, а Свойрад посмотрел на своих помощников и сказал:
— Что-то слишком много вражин в нашем городе собралось.
Ведан и Вацлав ему не ответили, ибо каждый был с ним согласен. Они ждали команду Свойрада на уничтожение убийц и шпионов, но главный разведчик Рарога не торопился.
