— Думаю да, страшно. — подумав, ответил Каллен. — Но, кажется, я устал бояться еще тогда, во время погони, поэтому сейчас скорее мандраж перед нашей миссией. — добавил он.
— Я тоже думал, что страх ушел, что я привык к нему. Но забывая о страхе, мне кажется, что я забываю о своем отце, который где-то там в руках орденцев. Что я забываю о своем народе, о людях, которые страдают от рук Мордека и его фанатиков. — говорил принц, крепко сжав руки в кулаки. — Я наследный принц Мальвии, в которой в любой момент может разразиться самая настоящая междоусобная война за корону, на которую в любой момент может напасть орда кочевников с востока. Отца нет рядом, и мне кажется, что я абсолютно один, и на моих плечах вся тяжесть этой ответственности. — принц сокрушенно вздохнул, тряхнув головой.
— Не думаю, что разумно взваливать все на свои плечи. — проговорил Каллен. — У тебя есть герцог Бэррит, который взвалил на себя не меньшую часть ответственности. А также есть мы. — Каллен махнул рукой в сторону внутренней части форта. — Лаки, отец, Бранд, Элллен и я. Мы все как большая семья. И мы готовы разделить с тобой это бремя, поэтому мы и здесь. — поддержал друга юноша.
— В этом ты прав. — согласился Эддрик. — За это короткое время мы и в правду будто стали большой семьей. Твой отец заменяет мне моего отца, пока того нет рядом. Лаки — будто хитрый дядюшка, который готов подкинуть идею для шалости или рассказать пару историй, которые не позволил бы себе отец. Бранд — будто таинственный и немногословный друг семьи с большой мудростью. Ты мне уже как брат, а Эллен как сестра... — на этих словах принц задумался и, хитро подмигнув Каллену, добавил — Ну или не сестра. Будем считать она нам не родная, а просто близкая подруга.
Каллен был рад, что принц не обладает таким же ночным зрением как у него, иначе тот бы заметил с какой скоростью покраснели щеки юноша.
— Знаешь, Лаки однажды сказал мне хорошую вещь. Нет смысле бояться и переживать, когда можно сосредоточиться на том что здесь и сейчас. — перевел тему Каллен. — Сейчас нам нужно убедить кочевников в том, что дружба лучше войны. А когда выполним эту задачу, то тогда уже переключимся на старину Мордека. — хлопнул товарища Каллен по плечу.
— Этот рыжеволосый, несмотря на полное отсутствие нормального образования, умудряется удивлять меня глубиной своей мысли. — согласился принц с юношей. — Тогда давай справимся с этими степняками и вернемся домой. Все вместе. Сосредоточимся на том что здесь и сейчас. — повторил слова Каллена принц.
— Это у кого тут нет нормального образования? О ком это вы? — подозрительный голос огненноволосого героя разорвал повисшую тишину.
Позади юношей из башни на стену вышли Брэндон, Лаки, Бранд и Эллен.
— Да так, обсуждаем кочевников. — выкрутился принц.
— Дааа, это точно. — с умным видом покивал Лаки. — Образования у них никакого, с этим ничего не поделать. — добавил герой, втиснувшись между молодыми людьми.
— Ну, уж как-нибудь справимся. — с улыбкой старший Лоттерн встал рядом с юношами у стены и, положив руку на плечо Каллена, тоже уставился в даль.
— Укатак мудрый вождь, он будет защищать нас всеми силами. — утешил товарищей Бранд, запрыгнув на стену и свесив ноги вниз.
— А я, как мудрая женщина, удержу вас, если вы решите сделать каких-нибудь мужских глупостей. — присоединилась к ним Эллен.
Так в шестером они и стояли на стене, вглядываясь в темноту и надеясь на то, что их миссия увенчается успехом и они вернутся обратно в свою стоящую на пороге войны страну.
Глава 22. Укатак
Шестеро путников двинулись в земли кочевников, едва забрезжил рассвет. Восходящее солнце окрасило бесконечные просторы степи в золото, легкий ветерок, слабо шумя, играл травяными колосьями, а стрекот кузнечиков дополнял эту уникальную музыку природы. Вчерашняя посиделка словно открыла новый этап для дружбы, которая крепла и закалялась с каждым днем с тех пор, как они все встретились на реке. Среди товарищей царило умиротворение. Ласковые лучи утреннего солнца поглаживали лица спутников, смывая усталость и внутренние заботы. Неказистые степные лошадки почувствовали родные земли и ускорили шаг, переговариваясь друг с другом счастливым ржанием и довольными всхрапами. Лаки, потягивая из фляги на боку остатки вчерашней медовухи, пребывал в прекраснейшем расположении духа. Выпрямившись в стременах и раскинув руки в разные стороны, герой затянул залихватский мотив мощным баритоном, который разнесся по степи во все стороны:
" Грозной поступью своей,
Зло крушить идет герой.
Разбегайся тьма скорей
И не мучай род людской.
Рыжий цвет его волос
Страх в врага вселяет.
Чуткий благородный нос
Тьму определяет.
Он дракона зашибет
Даже гнилой сливой!
И награды не возьмет
Лаки, наш, Неуязвимый!"
Пение разошедшегося героя внезапно прекратилось, что заставило товарищей обратить на него внимание. Лаки так и стоял, выпрямившись в стременах, но по его сосредоточенному лицу было понятно — нечто привлекло его взгляд. Друзья последовали его примеру, всматриваясь в степь впереди.
