Босое лето полностью

Но мысли об этом, даже сердитые, не могли стереть слов. Именно это стало причиной ее ссоры с отцом в тот роковой для него вечер. Она подарила родителям недельный круиз на тридцать пятую годовщину их свадьбы, и отец сказал ей, чтобы она все отменила и вернула деньги, потому что он ни за что не сядет на такой корабль.

Ты точно так же, как Грейси, не виновата в смерти своего отца, сказал голос. На этот раз он звучал гораздо мягче, и она улыбнулась, когда колесо снова двинулось и кабинка поехала вниз.

– У тебя руки длиннее, чем у меня, – крикнула Грейси. – Подними их повыше и посмотри, не утонут ли они в облаках.

Кейт отпустила перекладину, которую сжимала мертвой хваткой и потянулась к облакам. Она не коснулась их, но в самих попытках было что-то возбуждающее. Когда колесо остановилось внизу, они с Грейси последними присоединились к их группе ожидающих.

– А теперь мы можем попробовать масляный пирог? – спросила Грейси у Джейми.

– Пожалуйста, папочка! – взмолилась Лайза.

– Я уже наелась, поэтому поброжу по торговым рядам, – сказала Кейт. – Если я не найду вас, встретимся на рыбацкой пристани.

– Я еще немного посижу здесь, посмотрю на людей, – объявила Аманда. – У меня уже ноги начинают опухать.

– Тогда увидимся позже. – Кейт стремительным шагом направилась к торговым палаткам.

Вэйлон пристроился рядом с ней.

– Мы уже закончили спор?

– Ты переплатил за свою половину цветов, – сказала Кейт.

Виктор и Хэтти вышли из толпы и присоединились к ним. У Виктора в уголках рта налипла сахарная пудра, а Хэтти держала в руках огромного плюшевого медведя.

– Какие цветы? Это вы двое прислали те букеты и воздушные шары? Как мило, – сказала Хэтти.

– Это секретная информация, – предупредил Вэйлон.

– В моей сумочке оказалось слишком много денег за его половину секретной информации, так что угощаю всех нас вон теми индийскими тако на обед, – объявила Кейт.

– Круто, черт возьми! Обожаю эти штуки. – Виктор похлопал ее по спине. – Но сначала Хэтти хочет посмотреть все побрякушки, которыми торгуют на этой стороне улицы.

– Фургон с тако стоит в самом конце, так что мы можем поесть там, а на обратном пути прочешем палатки по другую сторону, – сказала Хэтти.

– По-моему, хороший план, – сказал Вэйлон.

Они уже дошли до середины ряда, когда Хэтти поднесла руку ко лбу.

– Становится слишком жарко, и мне нужно что-нибудь выпить. Виктор, перейди на ту сторону, вон там палатка «Кока-Колы», принеси что-нибудь холодное. Мне все равно, что именно.

– Я сбегаю, – быстро сказала Кейт. – Хэтти, ты сядь здесь, на обочине, только в тени. Виктор, тебе лучше остаться с ней, на случай если ее хватит тепловой удар.

– Я пойду с Кейт и помогу принести напитки, – сказал Вэйлон.

Как вообще можно на него злиться? И вообще, как можно было скрывать от него информацию, когда он так улыбался? Неудивительно, что в его послужном списке столько раскрытых дел. Он мог бы уговорить и священника выдать тайну исповеди.

Кейт встала в очередь так, чтобы видеть Хэтти. Они с Виктором о чем-то беседовали. Может, она просто устала и хотела пить. Солнце нещадно пекло, а Хэтти все утро на ногах.

Вейлон тронул ее за руку.

– У нас все хорошо?

– Я ненавижу ссориться. После того первого года это все, чем мы занимались с Конрадом.

Она с отвращением произнесла его имя. Неужели Конрад всегда будет стоять между ней и другими отношениями или даже дружбой?

Только если ты сама позволишь ему, прозвучал голос в ее голове, и на этот раз голос отца, а не матери.

– И я только и делал, что ссорился, с обеими своими женами. Их не устраивали мой рабочий график, моя зарплата, квартира, в которой мы жили, – сказал Вэйлон. – Я поклялся, что никогда больше не пройду через это.

– И я тоже, – добавила она.

– Я вырос в миролюбивой семье, – продолжил он. – Искусство спора я осваивал уже в колледже.

Она кивнула.

– Прекрасно тебя понимаю.

Ее первая ссора с соседкой по комнате в общежитии возникла из-за уборки ванной, и после этого они неделю не разговаривали друг с другом. Она тогда подумала, что нет ничего более неловкого и унизительного. Ха, как бы не так!

– Смотри, а вон и вся твоя семья с Хэтти и Виктором, – показал Вэйлон.

Вся твоя семья… эти слова еще долго прокручивались у нее в голове снова и снова. Никто из этих людей не приходился ей кровным родственником, но она дорожила каждым из них, всей душой болела за их будущее, за ребенка Аманда, за счастье Грейси. Разве это не семья?

Когда подошла их очередь, горячий июльский ветерок взметнул ее волосы, и прежде чем она успела смахнуть их с лица, Вэйлон вытащил банкноту и сунул ее в окошко.

– Две большие колы, один сладкий чай и… – Он посмотрел на нее.

– Рутбир, – сказала она.

– Может, и всем остальным что-то взять? – спросил он.

– У каждого из нас только по две руки. – Кейт улыбнулась. – И, смотри, они сами сюда идут.