Но нет, мозг зачем–то продолжает развивать ситуацию: и хорошо, если цветок не окажется кактусом, с мелкими противными колючками, которые потом без пинцета не вытащишь. Или огромными–преогромными, острыми, словно любимое оружие Медичи – тонкий трёхгранный стилет.
Тут мне стало очень себя жаль, я как наяву увидела гигантский мексиканский кактус, который протягивал ко мне зеленые лапы с колючками. «Лизззи!» – шуршал он, приглашая в свои объятия.
Стала вспоминать, есть ли у нас в офисе на каком–либо из этажей нечто подобное, чтобы держаться подальше. На всякий случай! Во избежание…
И… заснула.
Чтобы снова оказаться в том самом кафе. С тем самым прозрачным полом над пропастью. Передо мной тележка, но за ней не спрятаться – на меня от ужаса как столбняк напал. Столики пустые, не накрытые спасительными скатертями до пола, в зале ни одного посетителя.
Здесь лишь я. Стекло. И перспектива рухнуть вниз.
Во сне я взвыла. От страха и возмущения. И была уже готова проснуться – с тем, чтобы открыть почту, пересмотреть все письма с работы, найти что–нибудь недоделанное, если это, конечно, возможно. И заняться этим. Чтобы объяснить своей сошедшей с ума психике, что ночью надо спать. А кто не спит – тот работает!
– Привет, – меня обнимают сзади руки, теплые, надежные. – Я снова тебя спасаю?
Я закрываю глаза и откидываюсь назад. Сдаюсь. Потому что хочу, чтобы меня обняли, прижали к себе. И спасли от того кошмара, в котором я оказалась.
– Что на этот раз тебе угрожает? Тигр? – смеется незнакомец.
Его губы скользят по моей шее. И огонь в крови моментально вскипает. Тело не просто хочет повторения, оно жаждет.
Слышу стон. Получается, это я. Больше некому. Короткий довольный мужской смешок.
Изворачиваюсь кошкой в его объятиях, тянусь на цыпочках. И кусаю его за губу.
– Дикая кошка! – хмыкает он.
Его руки касаются моей кожи. Они чуть прохладнее моего пылающего тела и дарят восхитительные впечатления. Одежды нет – или ее никогда и не было? Она ведь только мешает.
– Еще! Еще! – я почти кричу под его ласками, не обращаю внимания на грохот и звон – понимаю лишь, что это отлетела тележка, которой не повезло оказаться на нашем пути. И мне становится абсолютно безразлично, какой пол и какая пропасть. Я уверена лишь в том, что никогда в нее не попаду рядом с тем мужчиной, что хрипло дышит в такт со мной.
Меня отрывают от пола, прижимают спиной к стене.
– Да! – исступленно шепчу, прикусывая его соленую кожу. Она пахнет грозой и безумием, диким штормом, опасным и притягательно–прекрасным.
– Сумасшедшая моя.
– Да!
Миг, сладостный, долгожданный, такой необходимый – он входит в меня.
Я распахиваю глаза. Я хочу это видеть. Выражение его лица, закрыты или открыты у него глаза. Как напряжены плечи. Мне мало ощущать его кончиками пальцев и всем телом…
И тут я цепляюсь за взгляд. Темный. Как будто бездна смотрит на нас.
Взгляд своего босса. Кавана неотрывно смотрит на нас, стоя в паре метров.
Проснулась на смятых простынях, нервная и не отдохнувшая. Контрастный душ не помог, выпитый по дороге на работу кофе тоже.
Одно радовало – я не нанесла макияж, собрала волосы в аккуратный, но совершенно не сексуальный пучок, надела самое скучное, не подчёркивающее фигуру платье и стильные, но совершенно не интересные мужчинам лоферы. Удобный повседневный образ для секретаря, который не привлечёт внимание даже наполненного под завязку гормонами подростка, не то, что взрослого, избалованного женским обществом Десмонда Кавану.
Собравшись быстрее обычного, приехала в офис почти за час до рабочего дня, чем про себя порадовалась – есть время собраться с духом и полностью переключиться с воспоминаний о непристойностях на работу. Последняя обычно затягивала в водоворот дел и мне элементарно некогда было думать о чём–то ещё. Иногда это злило, но сегодня грозило стать настоящим спасением. Особенно, если кое–кто проспит до обеда и явится ближе к концу дня и без трудового энтузиазма.
К своему удивлению возле пункта охраны я встретила неуклюжего Бена. Похоже, он тоже прибыл пораньше и ждал эффектную красотку Элизабет, да только при виде моего классического облика серой мыши сдулся, словно воздушный шарик.
– Привет, Элизабет. Я вызову для тебя лифт, – только и сказал он, сам же и не думал ехать со мной.
– Спасибо, – ответила, радуясь про себя его реакции. Надеюсь, с боссом тоже сработает.
Вознеслась на нашу «вершину мира», включила компьютер и пошла готовить ещё один кофе, да побольше. Следовало настроиться на продуктивный рабочий день, а не злиться на себя за непристойное поведение во сне.
Я уже вовсю трудилась, позабыв о личных делах, когда с поста охраны пришло сообщение, что наша курьерская служба в полном составе слегла с кишечной инфекцией после вчерашнего празднования дня рождения их начальника.
– Каждый год одно и то же, – вздохнула я.
– Вы о чём? – спросил Десмонд Кавана, выходя из лифта. – Доброе утро, Элизабет.
О, обращается не Лиззи или Лиз, а официально. Победа! Унылая одежда и очки для работы за компьютером в толстой оправе, спасибо вам за это!
