— Второе испытание, останься в круге, — будто не слыша моего крика, продолжал Распорядитель. — Через десять секунд на арене в случайных местах появится сорок кругов. Их нужно удерживать минуту, после чего они изменят место, их количество уменьшится на пять — и вам снова нужно будет занять круги. Так, пока их не останется двадцать. Стоять на одной точке может только один участник. Если вы попробуете сунуться вдвоем — она через пять секунд пропадет. А для того чтобы вам было веселее. Песок — это лава.
«Не думаю, что у нас с этим будут проблемы», — усмехнулась Веста, я же быстро срывал с себя только что надетые доспехи, выкидывая все железяки. Орки смотрели на меня как на идиота, и причина у них была, но, судя по негодующему взгляду эльфийки, я все сделал верно.
— Магия железа! — крикнул я, когда песок уже начал менять цвет на бледно-оранжевый.
— Даже пойми они раньше, это им не поможет! — усмехнулась эльфийка, тыча в шею стоящего рядом воина. — От этого они не избавятся.
— Зато можно избавиться от тех, кто управляет железом, — смеясь крикнул гладиатор, и на дварфов обрушился град камней и копий со снятыми наконечниками. — Не дайте им поднять лица! Пусть они остаются в кругу!
— Щиты на песок! Дорогу до точек захвата! — скомандовал в ответ глава артели. — Мясо вперед. Пусть примут удары от своих же.
— Плохо-плохо-плохо… — запричитала Веста, отчаянно оглядываясь по сторонам. — Антистихия, они нас убить хотят?
Неважно, главное, сестренка цела. Лучники в большинстве своем остались живы, но корчились от боли, стараясь остудить ожоги в сугробах. Только один, попавший в самый эпицентр, не подавал признаков жизни. Вмиг лишившиеся поддержки магов дварфы стали не столь грозной силой, ведь орки легко разбегались в стороны, нанося удары заостренными палками и оттаскивая своих, попавших под заклятье металла.
— Время! — раздалось в наших головах, и в то же мгновение на арену обрушился ледяной ураган, оставивший после себя толстый слой льда и высокие, почти мгновенно начавшие таять, сугробы.
К черту! Она вне досягаемости, под защитой дварфов. А прямо передо мной кучка лучников и пращников, оставшихся без прикрытия. Пользуясь неразберихой, я налетел на ближайшего стрелка, глубоко погружая кулак в его тело и выбивая весь дух. Эльф скорчился от боли, харкая кровью, а я добавил ему кулаком по темечку, отправляя в забытье.
— Проклятые гномы с их телепортами, — скривилась стоящая неподалеку дриада с ошейником. В ее теле торчало уже несколько глубоко вошедших стрел. — Они же перебьют всех на той стороне, а потом примутся за нас. А нам даже спрятаться негде.
— Братья! Режьте их! Пусть уроды сдохнут, понимая, что вся их жизнь прошла зря! — агитировал орк. — Что мы все будем свободны.
— Нужно пригасить твое пламя и попытаться прорваться иначе, когда обзор откроется, мы можем оказаться в гордом одиночестве против толпы. Ать! — от неожиданности и боли я вскрикнул, стрела, ударившая в спину, пробила толстый доспех и кожу, но зашла неглубоко. Позади же свои, и луков у них не видно. Тогда как? У них есть самонаводящиеся стрелы?
— Трусливые сволочи! — кричал выживший орк-гладиатор, у которого в голос добавилось порядком хрипоты. — Сражайтесь как настоящие мужчины! Вы, прячущиеся за магию ублюдки…
Стоило Весте сформировать заклятье, как оно появилось у меня перед глазами, и я, недолго думая, совместил контур пламени с единственной важной целью. Столб огня ударил из-под песка в, казалось бы, безопасной зоне, почти целиком закрыв фигуру эльфийки. Изнутри раздался короткий хриплый крик, но когда пламя схлынуло, вместо обугленного трупа передо мной стоял совершенно другая девушка. Одна из орчанок рабов.
— Лучники, — скрепя сердце, сказал я. Рабов на той стороне искренне жаль, до них уже добрались дварфы, и даже ударь я им в спину — зацеплю обороняющихся. Другое дело — отдельно стоящие лучники длинноухих. Они легко перекрывают все поле, являясь постоянной угрозой для каждого, кто не на их стороне, к тому же сейчас чувствуют себя в полной безопасности. — Жги!
Но хоть в данный момент ситуация выправилась, она все равно оставалась безнадежной. Враги были лучше организованы и вооружены. К тому же не жалели оставшихся рабов и бросали их на верную смерть. Каким-то непонятным образом они могли работать слаженно даже без устных приказов, а это во время контактного боя значило очень и очень много.
— Уже вижу, — пробурчал я, глядя сквозь пламя на соседние островки безопасности. Ситуация в целом была ужасна. Работорговцы владели магией, пусть она оказалась не слишком сильной, но лишь я мог похвастаться боевыми заклинаниями. Остальные в группе — обычные плохо вооруженные воины, сколь бы отчаянны и храбры они ни были, против заклятья от металла сделать ничего не смогут. Но даже уничтожение всех противников меня, мягко скажем, не устраивало.
— О боги, это просто игра, и при этом не Распорядителя, а Его. Думай обо всем происходящем как о воле божьей, — с усмешкой ответила Веста, втягивая в себя чужеродный жар. — Готовься, скоро последние песчинки упадут.
