Чувство вины снова накрыло меня с головой. Даже после всего произошедшего он всё ещё пытается сделать меня счастливой.
— Я… Мне нужно к маме, — голос не слушался. — Можно?..
— Конечно, — он поставил поднос на тумбочку и уже потянулся было ко мне, но передумал. — Я перенесу тебя на Олимп.
Я прошла за ним по коридору к тайному проходу, и мы вместе вошли в пещеру, в глубине которой находился портал между мирами. Узкий проход только сильнее давил на меня, и к тому времени, как мы подошли к кругу кристаллов на земле, я уже почти ничего перед собой не видела.
— Ты в порядке? — спросил Аид, коснувшись моего локтя. Такой пустяк, казалось бы, но я тут же вспомнила прошлую ночь, и меня передёрнуло. Он тут же убрал руку.
— Прости, я просто… мне нужно… нужно на Олимп. Покажешь, как это делается?
До свадьбы и коронации я не могла этого сделать сама, но теперь, став царицей Подземного мира, я обладала такой силой.
— Да, — медленно ответил он. — Конечно. Но для этого мне нужно прикоснуться к тебе. Ничего?
Я кивнула, и он положил ладонь на мою спину. Это был знакомый жест — так делают те, кто хорошо друг друга знают, — и это прикосновение обжигало.
Почему всё стало так плохо? Да, прошлая ночь прошла совсем не так, как я себе представляла, наблюдая за Афродитой и её нескончаемой чередой любовников, но многие проходили и через худшее. Так почему же сама мысль о нём вызывала у меня тошноту?
— Вот так, — тихо произнёс он, и я ощутила всплеск силы, исходящий от него: тёмный, мощный, отвратительный. Но бежать было некуда, и нас обоих унесло вверх, прям сквозь каменный потолок. Когда мы оказались на небесах, я почувствовала, что меня тошнит. От подобного перемещения, от Подземного царства, от прикосновения Аида или древней силы — не знаю, но больше всего на свете мне хотелось вернуться домой.
Наконец, мы приземлились посреди Олимпа, и я, отскочив от Аида, бросилась бежать через тронный зал и дальше по коридорам к маминым покоям так быстро, что всё вокруг размазалось. Золотистый свет солнца отражался от каждой поверхности на Олимпе, наполняя меня теплом от макушки до пят, и к тому моменту, как я ворвалась в комнату мамы, я уже вся сияла:
— Мама!
— Персефона? — она встала, раскрывая объятья, и в следующую секунду я утонула в них. — Не ожидала увидеть тебя так скоро. Аид с тобой?
Я кивнула. Стоило мне услышать её голос, ощутить родное присутствие, как плотину внутри меня прорвало. Я громко разрыдалась, до боли сжимая её в объятьях. Больше никогда её не отпущу, ни за что.
Каким-то образом маме удалось подвести меня к кровати, и мы обе сели.
— Сердце моё, что случилось? — она попыталась отстраниться, но я не дала ей такой возможности. — Всё ведь не настолько плохо.
Нет, настолько. Я не знаю, как ей это объяснить… как объяснить это самой себе… но в этот момент я бы предпочла исчезнуть навсегда, чем вернуться в Подземный мир вместе с Аидом. То место — не для меня. Аид — не для меня. Мы не подходим друг другу, и всё это просто ошибка… Чёртова ошибка, которую мама должна исправить.
— Пожалуйста, — выдавила я между всхлипами. — Не заставляй меня возвращаться туда.
Она напряглась, сжимая меня крепче.
— Что произошло? Милая, если ты не расскажешь, я не смогу тебе помочь.
Я открыла рот, чтобы подобрать слова, но не успела произнести ни одного, как вдруг…
— Персефона?
Я подняла глаза, моя нижняя губа дрожала.
— Отец?
Зевс вошёл в покои, его брови были сведены вместе, а уголки рта опущены вниз. Хоть он и мой отец, мы почти не общались друг с другом, за исключением тех немногих встреч, когда его ко мне толкало чувство вины. Но неловкие отцовские объятья и его вспышки гнева для меня были в тысячу раз лучше, чем возвращение к Аиду.
— Персефона, твой муж ждёт тебя в тронном зале, — неодобрительно произнёс отец. — Он обеспокоен.
Я шмыгнула носом, отказываясь отрываться от мамы.
— Я не могу туда вернуться. Я там задыхаюсь.
— Не смеши меня. Ты богиня. Ты не можешь задохнуться, — отрезал Зевс. — Что за истерику ты тут устроила?
— Зевс, — предупреждающе одёрнула мама, но тот не отступил. Зевс прожигал меня взглядом, в его глазах сверкали молнии, руки были сложены на широкой груди. Никогда прежде он не вызывал у меня страха, но сейчас напряжение в воздухе ощущалось как перед грозой. Одно неверное слово — и он, несмотря на наше родство, объявит меня предательницей.
— Я не могу… — я икнула, захлёбываясь слезами. — Каменные стены давят на меня, и… Аид… мы… — моё лицо вспыхнуло. — Пожалуйста, не заставляйте меня вернуться.
— Тебя никто не спрашивает, — Зевс был настроен категорично. — Ты теперь носишь корону Подземного мира, от этой ноши нельзя отказаться.
— Мне плевать на корону, только бы не… Пожалуйста. Я готова на всё, — умоляла я. — Лишь бы не возвращаться.
Мама вдохнула.
— Ты провела там всего одну ночь. Дальше будет легче. Я знаю, что Подземное царство сильно отличается от Олимпа…
— Ты когда-нибудь ночевала там? — перебила я. Она помедлила.
— Нет, но…
— Я не могу, мам. Пожалуйста.
Она нахмурилась и переглянулась с Зевсом.
