— Твой отец прав. Ты теперь царица. Нравится тебе это или нет, но от подобной роли нельзя отказаться. Дело не только в браке: Аиду нужна помощь в правлении, и ты уже взяла на себя обязательства. Ты не можешь пойти на попятную из-за того, что реальность разошлась с ожиданиями.
Всё моё тело словно бы окаменело. Я ожидала, что Зевс будет против. Само собой. Его невозможно переубедить. Но чтобы моя собственная мать…
— Ты не понимаешь, — я отстранилась, вскочив на ноги, несмотря на дрожь в коленях. — То место… противоестественное. Холодное, тёмное, зловещее, я не могу там дышать…
— Опять она заладила про дыхание, — проворчал Зевс, мама шикнула на него.
— …и я не люблю его, мам. Я не могу провести там остаток вечности.
— Не любишь? — её растерянность сменилась сочувствием, и это было ужасно унизительно. Мне не нужна её жалость. Я хотела добиться от неё понимания. — Персефона, ты слишком многого ждёшь. Разумеется, Аид любит тебя, но твои чувства не появятся по щелчку пальцев. Дай им время.
— Но как я могу полюбить то, что невозможно полюбить? — мой голос надломился. Я жёстко тёрла мокрые щёки от злости.
— Полюбишь. Со временем. Из всех нас у Аида самое большое сердце, — увещевала мама. — Пусть тебя не обманывает мрачность его царства. В нём есть своя красота. Пускай ночь была непростой, дальше будет легче. Счастье — это выбор…
— Там я не буду счастлива, — слова вырвались вместе с новым всхлипом. — Ты правда поступишь так со мной? Обречёшь единственную дочь на жизнь в Царстве мёртвых?
Мама вздрогнула.
— Пожалуйста, милая, скажи мне, что произошло.
Но я не могла. Я сама не понимала, что именно было источником всей этой злости и ненависти внутри меня. Я не знала, из-за чего конкретно хочу сбежать оттуда, но желание было однозначным.
— Он просто… — я замотала головой. — Это всё неправильно.
— Не торопись, — мама произнесла тоном, который якобы предполагался как успокаивающий, но меня от него передёрнуло. — Консумация брака была неприятной? Так это нормально. Первый раз почти никогда не бывает…
— Не в этом дело.
— Тогда в чём? — она попыталась коснуться меня, но я отшагнула назад. Меня всю так трясло, что я едва стояла на ногах. Я будто бы сопротивлялась невидимой силе, просто находясь в этой комнате, и не знала, как это прекратить.
— Я просто… Мне там не место. Я не знаю, как ещё это объяснить.
Мама с отцом переглянулись, и Зевс прочистил горло.
— Ты вернёшься в Подземное царство вместе с Аидом, и будешь слушаться его, как меня. Он теперь твой супруг, ты не посмеешь позорить меня уклонением от своих прямых обязанностей, поняла?
Из-за слёз перед глазами я не могла разглядеть его лица. Но я прекрасно слышала голос — повелительный голос короля, означающий, что возражения не принимаются. Тем же самым тоном он, наплевав на мои чувства, объявил в мой шестнадцатый день рождения, что я выйду замуж за Аида.
Я ничего не могла ответить. Каждый раз, когда я открывала рот, ненависть и обида сдавливали горло мёртвой хваткой. В итоге я просто выбежала из комнаты. Пусть угрожает, сколько хочет, но я туда не вернусь. И то, что они с мамой вообще не брали в расчёт мои чувства… это просто несправедливо. Мне нужно сбежать от этого нарастающего отвращения. Мне нужно сбежать от собственной жизни.
Едва оказавшись в коридоре, я чуть было не врезалась в Геру. Она была здесь всё это время? Наши взгляды встретились, и она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я не стала слушать и побежала дальше. Плевать, если она всё слышала. Плевать, что она понимает, каково это застрять в браке, в котором нет любви. Она всё равно ничего не сможет сделать, чтобы заставить моих родителей передумать, а жалость мне не нужна. Мне нужна свобода.
Я добежала до тронного зала. В нескольких шагах от портала стоял Аид вместе с Гермесом, лицо последнего выражало растерянность. Я прыгнула в круг кристаллов. Аид хотел последовать за мной, но Гермес перекрыл ему путь. Не знаю, почему он это сделал, но у меня не было времени выяснять. Я полетела вниз с Олимпа. Ветер развевал мои волосы, набрасывая их на лицо.
Глоток свободы. И свободное падение, очевидно. Я ещё ни разу не использовала портал сама. Не зная, что делать, я открыла рот в беззвучном крике. Может, мне стоило дождаться его в кругу кристаллов, но лучше разбиться о землю, чем вернуться с ним в Подземное царство.
Я ожидала удара — ну, который оставил бы вмятину на земле, и смертные потом ходили и гадали о причинах её возникновения. Но мои ноги коснулись твёрдой поверхности. Никакого жёсткого приземления. Никакого удара. Я даже траву не примяла.
Облегчённо выдохнув, я запустила пальцы в спутанные волосы и оглянулась вокруг. Я стояла посреди поляны с сиреневыми цветами, покачивающимися от лёгкого ветерка. Было тепло, несмотря на позднее время. Чудесный летний вечер.
И почему Аид не может жить на земле? Зачем ему всё время находиться рядом со своими подданными? Вот у Зевса нет такой необходимости. Я села прямо на землю, проводя рукой по высокой траве. Вот где мой настоящий дом. Тепло, природа, жизнь. Не каменная тюрьма.
