Миссис Э-Би серьезно кивает. Она сняла туфли и чешет Юджину спину ступнями. После помывки он не такой вонючий. Но отчего-то я начинаю улавливать другие запахи: пухлых подушек на диване, резкий пластиковый дух телика, лимонные духи миссис Э-Би.
Встревает Роза:
– Она вылечила Юджина от рака. Он миссис Э-Би жизнью обязан.
– Вылечу и у человека чувства, – говорит миссис Э-Би.
– Вот как? – Скок ей.
– Почти слепая. Ко мне глаза вернулись, – говорит она и глаза открывает нараспашку. – Глядите.
Мы все следим за ее взглядом через гостиную. Мы, что ли, на малюсенькую щель смотрим там, где два листа обоев не сходятся?
– Мне семьдесят восемь лет, да, но я вижу, как мухи вон там дерутся. И когда любовь у них, тоже вижу.
Она вроде смотрит на какую-то картину, я тоже на нее гляжу – высматриваю мух. Блестящие пряди тянутся от гвоздика к гвоздику, и получается парусник, но никакой мушиной возни не видать.
– Не сейчас, – она говорит. – У меня дома. Очень жарко. Тут нет мух. Может, только на Юджине. – Да как прыснет со смеху.
Скок откашливается, голос у него вусмерть серьезный.
– Миссис Э-Би, а вот как насчет, скажем, носа? На него есть воздействие?
– Очень интересно. – Миссис Э-Би откидывается на спинку и пялится на Скока. – Вкус и запах – они рука об руку. – И сама себя рукой за руку берет.
Я смотрю на Скока, и он точно так же руки сцепляет. Оба улыбаются друг дружке, будто разобрались с чем-то главным. Дальше в лес – больше, блин, дров…
Не знаю, то ли от острой еды, то ли от стопочек чего там пилось, но я себя чувствую очень начеку. Сонастроен со всем вокруг: капустное волокно от кимчи у меня между зубов; блеск меча на стене; скорость беседы между Скоком, миссис Э-Би и Розой. Вот только Роза все смотрит и смотрит на меня, будто я – одна из ее диковин. Мне от этого сильно не по себе.
– А для чего это у вас сауна в саду? – спрашиваю.
– Заметил. Ну, если коротко, я ее выиграла. В лотерею местной ГАА.
– Ничего себе приз, – говорит Скок.
– На самом деле призом был зимний сад. Но, так или иначе, когда я зашла в зал с призами, миссис Э-Би возьми да и приметь у них во дворе сауну.
– Заказал ее какой-то богатый банкир, – вставляет миссис Э-Би. – А потом фук. Погорел.
Выясняется, что организаторы хотели ее сбагрить, а она очень на пользу Розе от артрита. Разобравшись с этим, она решила и холодный прудик заодно обустроить. В прошлом году ей в ванной комнате установили здоровенную ванну и какой-то вычурный душ.
– А дальше оно раскачалось, – Роза говорит.
– В каком смысле?
– “Бани Розы”. Время расслабиться, – говорит миссис Э-Би. – Только для дам. Сегодня все очень опаздывают. Отпевание.
Я пытаюсь как-то уложить все это в голове, но тут миссис Э-Би как завопит:
– Стопроцентно великолепно! – а сама на телик показывает – там как раз какому-то негодяю в черном “стетсоне” отстреливают башку. – Гип-гип-ура! – И опять наваливает себе в тарелку, предлагает Скоку еще острой жрачки, и он, ясное дело, нагребает себе здоровенную ложку.
Роза начинает складывать пустые коробочки, я помогаю ей отнести это все в кухню. Она возится у мойки с тарелками.
– Все никак чай не заварю, – говорит она и ставит чайник. – С этой настойкой миссис Э-Би голову свою забудешь. Мощная.
На разделочном столе под стеклянным колпаком порезанный кусками торт. Небось перехватила мой взгляд – я на него смотрел, – снимает крышку, кладет кусок на тарелку передо мной. В гостиной-то трепались без умолку, а тут мне с ней один на один немножко неловко. Она садится за стол и сама принимается за кусок торта.
– Надо полагать, на исцеление народу ходит поменьше, чем в былые времена? – спрашивает.
– Это вроде как выстраивать нужно. Хотя отец всегда говорил, что люди от отчаяния что угодно перепробуют.
– Не жизнь это – зависеть от чужих страданий.
– У него получалось.
– Я это видела, и когда сиделкой была, – все хотят чуда. Но их при этом на мякине не проведешь. Простая человеческая доброта дорогого стоит. Вот почему мне нравится баня. Есть что-то честное в поте и мыле.
Говорит, было время, люди постоянно приходили к ней за советом, – даже после того, как она медсестринское дело оставила, – но теперь она нашла свое истинное призвание. Во всяких средствах, которые они с миссис Э-Би предлагают. Что это за “средства”, я не очень понимаю, но не переспрашиваю. Любимый метод Розы – отправлять людей хорошенько отмокать в бане.
– На. – Протягивает мне попить воды. – К слову о потении: вот у тебя реакция-то. Миссис Э-Би очень даровитая травница.
Роза права. Во мне будто пожар полыхает, от желудка и прочих органов прут волны жара.
– Все яды выгоняет. – Роза кивает. – Выжжет весь внутренний туман.
У окна висит на ниточке синеватая стеклянная хрень. Она медленно крутится, ловит свет. На долю секунды она вдруг такая яркая, что впрямую и смотреть невозможно, а следом опять ничего.
– Я никогда не забуду, – Роза говорит, – тот день, когда ему пришлось вернуться домой. Ты в курсе, что твой отец в детстве жил здесь с нами, в этом доме?
– Правда?
