– Не уверена, что нам сейчас стоит так рисковать, – виновато сказала я. – Мне запрещено практиковать, и если законники узнают об этом…
– Вам не стоит переживать, миледи. Оба зелья достаточно слабые, магии на них уходят самые крохи. А если вдруг кто-нибудь захочет устроить проверку, вы скажете, что их сделала я.
Я посмотрела на пожилую экономку с изумлением.
– Марта, даже не думайте об этом. Я не собираюсь подставлять вас под удар ради кружки магически усиленного кофе.
Госпожа Ленс хитро улыбнулась.
– Разве я просила вас об этом, миледи? Видите ли, я тоже немного зельевар. Магии в моем роду мало, и никто не учил меня ею владеть, как вас. Но я имею разрешение на простые преобразования. Господам законникам будет не к чему придраться.
Я почувствовала прилив радостного возбуждения от того, что могла заняться делом – не важно, каким, лишь бы хоть на время подавить удушающее чувство беспомощности и тревоги за Майло и Даррена. Торопливо умывшись и переодевшись в чистое платье, я поспешила вслед за экономкой на кухню. Коридоры поместья были темными и безлюдными, остальные слуги, скорее всего, еще спали.
Забота госпожи Ленс обо мне и лорде Кастанелло меня по-настоящему тронула. Даже не верилось, что экономка вдруг захотела уйти из дома, где прослужила верой и правдой не один десяток лет. Хотя в чем-то я, безусловно, могла ее понять. Немногим захочется постоянно подвергаться различным опасностям – отравлениям, бесконечным обыскам, внезапным пожарам, – и неизвестно, как много напастей ждало нас впереди.
Экономка достала несколько удобных чайничков и горелку. Она помогла мне растолочь травы с ловкостью, достойной хорошего зельевара, и вскоре заготовки для зелий весело закипели на огне. Я занесла руки над первым сосудом, готовясь к преобразованию.
– Мелия просила меня поговорить с вами, – успокаивающее зелье, знакомое до мелочей, не требовало от меня особых усилий, и я могла вести беседу, одновременно перестраивая связи в кипящей жидкости. – Она сказала, вы хотите уйти со службы.
Экономка кивнула, помешивая зелье.
– Мне пришло письмо от младшей дочери, они с мужем держат ферму не так далеко отсюда. Дочка должна родить в начале лета. Лекарь обещает близнецов, так что моя помощь придется очень кстати.
Я вздохнула.
– Не хочется вас отпускать, – честно призналась я. – Не знаю, как в сложившихся обстоятельствах мы справимся здесь без вас, но, если вы действительно все решили, я не буду препятствовать. Понимаю, в поместье сейчас слишком тревожно… Я поговорю с Майло…
– Это подождет, миледи. По крайней мере, до начала лета. Понимаю, пускать сейчас в дом незнакомого человека – не лучшее решение. За это время я смогу подготовить кого-нибудь из горничных на мое место. Полагаю… – Госпожа Ленс на мгновение задумчиво нахмурилась, не прекращая помешивать зелье. – Мелия вполне подойдет. Она не особенно хороша в записях и подсчетах, но, думаю, нам с Альберто не составит труда обучить ее простейшей грамоте и основам ведения домовой книги. К тому же у нее пытливый ум и хорошая хватка. Да и с вами, миледи, она вполне неплохо ладит. Ну и Альберто… поможет ей первое время.
Служанка улыбнулась с лукавой хитринкой, и на сердце немного потеплело. Осознавать, что слуги рассматривают меня как часть семьи лорда Кастанелло, а не временную супругу, которая при первой же возможности покинет поместье, оказалось по-настоящему приятно.
Я отняла ладони от чайничка и посмотрела на нее, пытаясь вложить в свой взгляд хоть толику захлестнувшей меня волны благодарности.
– Спасибо вам, Марта. Это было бы замечательно.
– В таком случае, договорились. Я займусь обучением Мелии, а когда ваши с лордом Майло дела уладятся, мы вернемся к разговору о моем уходе. До тех пор не беспокойтесь. Я останусь в поместье, сколько потребуется.
Не сговариваясь, мы принялись за следующий отвар.
– Едет, – коротко бросил Густаво, заглянув на кухню, где мы с госпожой Ленс в четыре руки восстанавливали запас полезных зелий.
Пустой пузырек чуть не вылетел у меня из рук. Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы унять охватившую меня нервную дрожь.
Время вышло.
Сняв передник, я торопливо оправила платье и выскользнула в холл. Напряжение, словно кипящее зелье под плотно закрытой крышкой, бурлило внутри, норовя прорваться наружу. Тяжелые входные двери поддались с трудом, впуская в дом утренний холод. Мне хотелось как можно скорее увидеть Майло – оставаться в неведении было выше моих сил.
Когда я наконец оказалась на парадном крыльце поместья, лорд Кастанелло уже успел спешиться, передав коня на попечение подбежавшему Густаво. Хватило одного мельком брошенного взгляда, чтобы понять: Майло истратил все силы, чтобы вернуть сына, но потерпел неудачу. Хоть в глубине души я предчувствовала, что так оно и будет, сердце все равно болезненно сжалось, а к горлу подступил горький ком.
