— Когда у вас появляется ай-тере, — продолжала Хайди, — нужно помнить несколько незыблемых правил. Первое: не давать ему свободы. Ай-тере — это ваш защитник. Его дело — всегда находиться рядом с вами, чтобы вы могли использовать его энергию, и при этом заботиться о вашей безопасности. Второе: не привыкать и не испытывать чувств. Ай-тере не может быть другом. Тем более — любимой женщиной или мужчиной. Это нонсенс. Вы ведь не привязываетесь к дверной ручке или зонту. Завтра вам может подвернуться куда более сильный ай-тере, и вам надо будет сменить одного на другого. Не всем же доступно управлять сразу двенадцатью, как мне. И третье: несмотря на то, что ай-тере легко заменить другим, помните, что долго и муторно снова гармонизировать энергию, привыкать, воспитывать, так что проще позаботиться о том, который есть. Изначально выбирайте ай-тере с большим потенциалом, не разменивайтесь на мусор. Вы — будущие выпускники колледжа эо Лайт, для вас будут открыты все двери. Докажите, что вы этого достойны! И пусть рядом с вами после выпуска тоже будут лучшие, а нынешних считайте пробной версией. Но напоминаю, что ваши ай-тере куплены на мои деньги, и уничтожать их по собственной глупости я не позволю. До выпуска вы не получите другого, так что присматривайте за тем, который есть.
Как будто не о людях говорит, а действительно о зонтиках. Ужас какой. Я чувствовала себя отвратительно, а вот остальные внимательно прислушивались к её словам. И после таких лекций мы получаем иль-тере вроде Кэтти, которые изводят своих ай-тере. Эжен был здесь же. После случившегося мы не разговаривали, но я и не рассчитывала, что он вдруг воспылает ко мне дружескими чувствами. Просто надеялась, что ему стало хоть немного легче. Хайди говорила и говорила, а я мечтала об одном: чтобы закончилась лекция, потому что ощущала себя так, будто на голову вылили помои.
Наконец, нас выпустили из аудитории.
— Я восхищаюсь госпожой эо Лайт, — говорила Лонда. — Она справляется с двенадцатью сильнейшими ай-тере, а еще владеет таким количеством предприятий. С ней считаются все — и женщины, и мужчины.
— Откуда у неё такое влияние? — спросила я.
— Её отец входил в состав президиума Тассета, — ответила подруга. — Но он рано умер, и Хайди сама сделала себя и мир вокруг.
Да, это заслуживало уважения, а вот её отношение к людям — нет.
— А какая она красивая! — говорила Таисия. — Интересно, какие ипостаси у её ай-тере?
Мне тоже было интересно. Тем более, что я шла на занятие к куратору Нэйтону. Девочки пошли в общежитие, а я — в парк, где мы занимались последнюю неделю. Сидела в беседке и ждала. Нэйт задерживался — наверное, провожал Хайди. Уже думала, что он не придет, но куратор появился на дорожке. Он поджимал губы и выглядел не очень-то довольным. Неудивительно, если я чувствовала себя оплеванной, то каково ему?
— Прости за ожидание. — Куратор сел напротив. — Надо было проводить гостью.
Как я и думала.
— Ничего страшного, — ответила ему. — Госпожа эо Лайт теперь будет чаще к нам приезжать?
— Говорит, что да. Как тебе лекция?
— Отвратительно.
Я отвела взгляд. Но лгать? Зачем?
— Надо же, а большинству студентов понравилось. Главное, чтобы нас не захлестнул шквал нежелательных беременностей. Хорошо, если хватит ума поставить силовой заслон.
Я пожала плечами. Вообще не представляла, как можно ложиться в постель с человеком, к которому ты ничего не чувствуешь. А если у тебя не один ай-тере? И при этом законный муж? Что за глупости, а?
— Мне кажется, госпожа эо Лайт неправа, — сказала тихо.
— В чем?
— В отношении к ай-тере. Да во многом! Но вы ведь её ай-тере, вам, наверное, неприятно слышать.
— Мне плевать, — ответил Нэйт. — Давай приступим к занятию.
Он протянул мне руку. Над ней плясал голубоватый огонек силы. Так теперь проходили наши занятия после того, как я помогла Эжену: Нэйт призывал силу, а я пыталась ею управлять. И у меня начинало получаться. Вот и сейчас придала его магии форму бабочки. Та затрепетала крыльями и взлетела, а я рассмеялась.
— Значит, я не ошибся, — сказал Нэйт, — и твоя сила действительно отличается, раз ты можешь влиять на магию не своего ай-тере, а чужих. Никому не говори, Дея. Это может быть опасно, и Хайди тебя не отпустит, если узнает.
— Я не скажу, — ответила тихо.
— И Эжену я напомню, чтобы молчал.
— Вы говорили с ним после…
Той ночи.
— Говорил, — кивнул Нэйт. — И с ним, и с Кэтти. Напомнил, что еще одна подобная ситуация — и она вылетит из колледжа, словно пробка. Такое решение приняла Хайди, и я ему рад, если уж честно.
— То-то она притихла.
— Вряд ли надолго, Дея. Такие не меняются.
Я кивнула, соглашаясь. Действительно, не меняются. Мне ли не знать. Вот только Эжена все равно было жаль. Да, я его побаивалась, но теперь казалось, что не такой уж он и плохой человек.
— Нам лучше перенести занятия из парка, — сказал Нэйт. — Здесь слишком много чужих глаз, и Хайди теперь будет поблизости. В следующий раз жду тебя в аудитории триста семь.
