Распрощавшись с королём и советниками, Нэйке покинула дворец. Внизу её уже ждал экипаж, который выделил для неё Гьявеллотто. Нэйке внимательно всматривалась в окружающий её мир, стараясь как можно лучше запомнить его таким, ибо она знала, что если ей когда ещё и придётся побывать здесь, Шонкейт будет уже совсем другим…
— Не знаю, кто эта девушка, но она права, армии противника разбили свои лагеря у наших границ с Эргбаденом и Пельсивией.
Капитан Боутэ побывал у границ с Пельсивией и лично убедился в надвигающейся на Шонкейт угрозе.
— Мы не смогли разглядеть, кто наш враг, лагерь был достаточно далеко от нас, а подойти ближе мы не могли из-за опасности быть замеченными. Что могу сказать, так это то, что их много, слишком много. Но одно точно это не люди. По крайней мере, большинство из них. Их аура не похожа ни на одну известную мне. Конечно, нам удалось разглядеть во всей этой массе знакомую нам ауру, но их носителей не так уж и много. Скорей всего, это просто наёмники. Остальные же неизвестные нам существа. И это значительно усложняет нашу задачу, ибо мы не знаем, что от них ожидать. А если учесть, что противник потенциально силён в количественном плане… — Боутэ не договорил, но и без слов было видно, что, по его мнению, положение у эльфов серьёзней некуда.
— Боутэ был на границе с Пельсивией и не видел того, что видел я. — слово взял другой капитан эльфийской армии, Ейл. — В лагере, что раскинулся на земле эргов, я со своими солдатами заметил несколько драконов. Сколько их на самом деле трудно сказать, все мы слышали, что они зачастую для удобства принимают иные обличия. Но среди них выделялся один, огромный зелёный дракон, судя по всему, принадлежащий вражескому полководцу. Мы, как и Боутэ со своим отрядом, не смогли подойти близко к лагерю. Надо отдать должное врагу, их предводитель, кем бы он ни был, очень умён. Лагерь расположен таким образом, что любое приближение к нему не останется незамеченным. Впрочем, мы бы в любом случае не смогли бы подойти близко к лагерю. Сила магии драконов была настолько велика, что только невероятным усилием воли мы смогли не выдать своего присутствия и уйти оттуда.
При одном только воспоминании о драконах лицо Ейла покрылось испариной. Он словно снова почувствовал магическую мощь, исходящую от этих летающих махин.
— А ведь мы были так далеко, что, как и Боутэ, не смогли разглядеть противника. Кстати, я, кажется, вспомнил, где видел эту девушку. Она живёт недалеко от Макуис. Более того, я слышал, что её называли драконицей. Пожалуй, стоило бы снова послать за ней, раз уж нам предстоит иметь дело с её сородичами.
— Ейл, ты же сам слышал, что она покидает наши границы, — расстроенный услышанным Сойф махнул рукой, — и её экипаж наверняка уже отъехал на внушительное расстояние от города. Кроме того, тебе неизвестно, что все эти годы она обманывала нас в отношении своего происхождения. Она вовсе не драконица, как говорила нам.
— Нет? Тогда кто же?
— Она — нэшу. — Ейл аж присвистнул, забывшись, где находится.
— Невероятно! И что же мы все находимся под её чарами? Странно, я ничего не чувствую по отношению к ней и не чувствовал.
— И правильно. На самом деле то, что видел ты и все другие в нашем королевстве, как я понял, не настоящая её внешность. — впервые после ухода нэшу прервал своё молчание король. — Но сейчас речь не о ней. Надо обсудить наши дальнейшие действия…
Наступление началось неожиданно, эльфы даже не успели подтянуть все свои ударные силы к границам. Тау удалось обмануть эльфов, послав часть, самую малую часть войска в Пельсивию и, тем самым, оттянув значительные силы эльфов от границы с Эргбаденом. Теперь при всём своём желании эльфы не могли дать достойный отпор. Вслед за солнцем в небо взметнулись драконы и полностью закрыли его от эльфов.
Над Шонкейт воцарилась ночь, которая будет вспоминаться теми, кто пережил её, как самый кошмарный сон в их жизни. С одного фланга на эльфов обрушилась магия драконов, с другого — подавляющая сознание магия чужаков. Многие эльфы метались в панике, другие покорно падали перед захватчиками на колени и оставались стоять так на долгие часы. Лучшие эльфийские воины с трудом, но противостояли давлению врага, за что жестоко поплатились.
То там, то тут небо озарялось вспышками света, шедшего от губительного огня драконов. Мучительные крики сожжённых заживо эльфов эхом отзывались на каждый взмах гигантских крыльев. Тау непосредственно не участвовал во всём этом ужасе, прежде всего потому, что его дракон Виесэ отказался уничтожать эльфов, среди которых было много беззащитных детей. Настаивать на своём Тау не стал. Поэтому, увидев, что Шонкейт лембо за лембо оказывается в его власти, Повелитель Дэвинетт направил своего дракона в сторону королевского замка. Он находился на довольно-таки большом расстоянии от мест сражений, но звуки происходящего доносились и до него.
