— Привет, Фредрик, — радостно откликнулся Йорген. — У тебя такой голос, будто у тебя умер домашний питомец. Если бы я не знал, что единственные живые организмы, которые живут у тебя дома, — это постельные клещи и мандавошки, я бы заволновался. В чем проблема?
— Проблема в том, что ты — ненадежная сволочь. Почему ты не сказал мне? Я рассказал тебе про лабораторию. Я открыл для тебя коробку с печеньем, черт подери!
На мгновение Йорген замешкался. Его голос стал резче.
—
Фредрик сглотнул и ответил.
— Нет, — сказал он. — Мы не были в курсе.
Он кашлянул.
— Мы не можем найти это обращение. Мне бы очень хотелось, чтобы ты позвонил. Несмотря ни на что. С твоей стороны это была бы очень приятная, — Фредрик сделал ударение на последней фразе, — дружеская услуга.
Йорген молчал. Фредрик ожидал в ответ каких-нибудь громких слов, что он просто делал свою работу, и, между прочим, чертовски хорошо ее делал, но ничего подобного не последовало.
— Отлично, — ответил Йорген. — В следующий раз позвоню. Ладно?
— Ладно.
Фредрик стал ходить туда-сюда по комнате.
— Есть еще кое-что, Йорген. То, о чем мы говорили в последний раз. Источник. Женщин и детей по-прежнему ищут. Шесть человек убиты. Я сам видел Ивара Тюфте. Он сильно… искалечен.
Журналист тяжело вздохнул.
— Фредрик. Я не выдам источник.
— Ты берешь на себя большую ответственность, — холодно сказал Фредрик. Достаточно холодно, чтобы произвести нужный эффект.
— Ты делаешь свою работу, Фредрик, а я свою. Так и должно быть.
— Ты же видишь, что он обвел вас вокруг пальца, пустив по этому мусульманскому следу?
Йорген фыркнул.
— Нас обманули, и вас обманули. Не слишком ли многого ты требуешь? Чтобы наш источник знал больше полиции?
Фредрик вздохнул.
— Будь осторожен. Это очень опасные люди.
— Спасибо за заботу, — сухо сказал Йорген.
— Передавай привет Турид.
— И ты передавай этой, кто там у тебя…
Разговор в комнате для допросов продолжался. Фредрик выключил диктофон и вернулся к допрашиваемым.
Бернхард Кнудсен рассказал, что, когда подвал под амбаром был готов, пасторы разделили взрослых на группы: для работы в подвале в амбаре и в доме. И хотя вслух об этом не говорилось, было очевидно, что среди этих групп существует определенная иерархия. Членов «подвальной» группы не было с раннего утра до позднего вечера, и только вечером община собиралась вместе. Если к ним приближался кто-то из других групп, они сразу же переключались на обсуждение всякой ерунды. Посвященные потеряли интерес к непосвященным.
Можно было бы предположить, что в общине начнется разлад, но случилось обратное. Некоторые, как братья Хенни из группы, работавшей в амбаре, далеко пошли, чтобы доказать свою преданность папе Перу. Да, хорошие были ребята, Фритьоф и Пауль Эспен из Хёнефосса. Пауль Эспен с одной из девушек родили сына. Мальчик появился на свет прямо на хуторе, и его назвали Йоханнес. С кривой ухмылкой Бернхард добавил, что служба защиты детей не была от этого в восторге.
Братья организовывали молитвы, брали на себя дополнительные обязанности и вели урок Библии для детей. Однажды папа Пер объявил, что отныне братья Хенни будут участвовать в работе в подвале. Так что это было возможно. Тем, кто истинно верит и усердно трудится, Бог ниспошлет благодать.
Аннабель была в группе, работавшей в доме, а Бернхард — в группе, трудившейся в амбаре. Они стирали одежду, готовили еду, стригли лужайку, выращивали овощи и кормили животных. В них пылал огонь общности. Общины. Но папа Пер искал другой огонь, божественный. Искал тех, кто горел за Слово. Одно правдивое слово.
Фредрик наклонился над столом.
— Каково было назначение тайного подвала?
— Хотите верьте, хотите нет, — ответил Бернхард, — мы понятия не имеем. Никто из нас там не был. Никогда. Это было запрещено.
Фредрик опустился обратно на стул и удрученно посмотрел на Андреаса, шлепнув себя по ногам. Аннабель вздохнула и с такой силой потянула за крестик, что Фредрик испугался, не порвется ли цепочка.
— Так кто входил в «подвальную» группу?
— Конечно, пасторы. И братья Хенни. Ивар Тюфте работал там.
Тот самый Ивар, что чудовищно искалечен убийцей. Они как старые друзья и добрые христиане навестили его в больнице. Это было их долгом. Но Аннабель думает, что он даже не понял, кто они такие. Он только сидел, не переставая кусать забинтованную руку. Они помолились за него и ушли. В «подвальной» группе также состояли Нильс, Вигго Юхан и Брюньяр. И еще Пер Улав. Но он умер. То есть он раньше состоял.
Аннабель перестала теребить крестик и снова принялась разглаживать юбку. Что-то неестественное было в этом движении.
Фредрик быстро прошелся по именам.
— Значит, из тех, кто был в «подвальной» группе, трое убиты при нападении, один умер от болезни, один получил серьезные травмы, повлекшие угрозу жизни, и двое, братья Хенни, пропали. Плюс пасторы. Все так?
Вдруг Аннабель подняла взгляд.
