— Я сама себе не нравлюсь! — я шмыгаю носом.
— Может, поедешь домой?
— Ни в коем случае.
Рабочий день обещал быть обычным рутинным. Я долго боялась заходить в палату к Крэгу, оставила ее на последок. Но перед тем, как мне объявиться на пороге его палаты, ко мне подошла старшая медсестра.
— Тебя зовет Док! — вежливо сообщила она.
— Да, сейчас иду.
— Ты в порядке? Ты что, плакала? — беспокоится она.
— Да, немного, — вру я, чтобы она не догадалась, что я болею. — Но, не стоит переживать.
Иду в кабинет Дока с тревогой. Он обычно не зовет просто так. Стучусь. Слышу глухое "входите".
— Мисс Маккинли, добрый день!
— Здравствуйте!
— Присаживайтесь! — сурово говорит он.
Я сажусь и начинаю беспокоиться.
— Вы отстранены от обслуживания палаты #527! — резко заявляет он.
— Почему? — невольно вырывается у меня, хотя я знаю причину. Это палата Крэга.
— Мисс Маккинли, я уже вам говорил, в палатах стоят камеры, чтобы наблюдать не только за пациентами, но и за тем, как их обслуживают! И вообще за тем, что там происходит! — он резко повышает голос, что я вдавливаюсь в стул. — Вы должны быть благодарны, что остаетесь здесь работать, потому что, к сожалению, на сегодняшний день других претендентов нет, а нам нужен работник. В ином случае, я бы вас уволил немедленно!
Я поднимаюсь со стула, горю от стыда, а может снова поднялась температура.
— Хорошо, спасибо, — вымолвила я.
— Возвращайтесь к работе! — приказывает он. И я быстро покидаю его кабинет. Лечу к себе на этаж, едва сдерживая слезы. Мне обидно, что меня так отругали, и страшно, что могли уволить и вообще стыдно, за свое поведение. Я слишком груба была с этим несчастным Крэгом! Наверное, стоит извиниться перед ним. Подхожу к его палате, но не решаюсь зайти. Хочу постучать, но разум говорит не делать этого. Постояв несколько секунд, я ухожу. Лучше будет не злить ни его, ни Дока. Иначе моя работа завершится. Возвращаюсь в каморку. На часах почти час. Мой перерыв наступил. Я всегда успеваю сделать весь обход палат к обеду. Вернее говоря, я не могу уйти на перерыв, пока не завершу обход. Захожу в уборную, вид у меня ужасный. Еще и эта простуда! Бумажные платочки закончились! Немного приведя себя в порядок, спускаюсь вниз в кафетерий — чашка горячего чая, а то и две, мне сейчас очень нужны.
В кафетерии очень многолюдно, еле удалось найти столик. Утраиваюсь поудобнее с чаем с лимоном и звоню Марку.
— Что ты сделал с Крэгом? — ору я в трубку Марку, как только он отвечает.
— Привет! — неуверенно отвечает он. — Что случилось, малышка?
— Что ты с ним сделал? — повторяю я. — Меня чуть не уволили! — не получается не кричать, меня берет злость.
— Ты что, плачешь? — забеспокоился он.
— Нет! Марк, как ты мог? Он же больной человек. Что ты сделал ему?
— Он — таки растрепался! — не довольствует Марк.
— Нет! Там же стоят камеры! В палатах везде камеры! — я продолжаю возмущаться, при этом всхлипывая и шмыгая носом.
— Ты что, заболела? Ты плачешь? — его голос смягчился.
— Марк! — я не обращаю внимания на его вопросы. — Он же инвалид!
— Да я его даже пальцем не трогал! Клянусь! Просто поговорил с ним, как мужчина с мужчиной! — уверенно заявляет он. — По камере даже и не было бы понятно, что я ему говорил. Я не подходил к нему ближе метра.
Меня успокаивают его слова. Но это не меняет дела. Хорошо, что он не трогал его, но он мог наговорить ему гадостей или вовсе угрожать.
— Меня отстранили от обслуживания его палаты. — жалобно произношу я. — А если бы был кандидат на мое место, то вообще бы уволили! — Я совсем расклеилась, и простуда и слезы нахлынули на меня разом.
— Детка, ты плачешь? — вздыхает он в трубку. — И ты жутко простужена! — наконец догадывается он. — О чем я просил тебя вчера? Почему ты не послушалась? — Марк принялся ругать меня. Но мне уже все равно, слез не остановить, и я просто даю им волю. — Сабрина, ты меня слышишь? Тебе нужно ехать домой! Я сейчас попрошу Пола забрать тебя. Тот, который сегодня вас привез на работу. Он скоро будет. Собирай вещи.
— Нет! — беру я себя в руки. — Я остаюсь на работе. У меня еще половина рабочего дня. И перестань мною командовать!
— Я не командую, я хочу помочь!
— Ты уже помог!
— Малышка, успокойся, пожалуйста. Все будет хорошо! Не злись на меня. Собирайся домой, пожалуйста. — Ну, я и не собираюсь идти.
— Мне пора, — заканчиваю я разговор, а заодно и свои слезы.
— Тебе лучше сделать, как я говорю! — тихо угрожает он. — Иначе будет хуже.
— Да, — злюсь я. — Хуже уже некуда! Я сама разберусь, как мне лучше сделать! — Я кладу трубку и выключаю телефон, потому что он наверняка будет перезванивать. Приехать он не сможет, судя по всему, он занят или вообще за городом, раз присылает водителя. Поэтому я смогу спокойно доработать до конца рабочего дня. С такими мыслями возвращаюсь к делам.
