– Их не так уж много, – ответил Шнырки, пожимая плечами. – Вы наверняка справитесь. С боков вас никто не обойдет, то есть нападения можно ожидать только спереди либо сзади.
– Да, утешил, нечего сказать, – хмыкнул Данкен. – Скажи мне, мастер гоблин, а нет ли другой дороги?
– Как не быть, есть, – отозвался Шнырки. – Гораздо длиннее и неудобнее: сплошные подъемы и спуски. Запросто можно сбиться с пути.
– Однако эта дорога опасна.
– Ну и что? Зато Злыдни вряд ли ожидают, что вы изберете ее. Если будете идти ночами и хорошенько прятаться…
Данкен покачал головой.
– Тут нет безопасных мест, – заявил гоблин. – Тут Пустошь, и этим все сказано.
– А ты сам пошел бы той же дорогой? – спросил Конрад.
– Опасности меня не пугают, – с гордостью произнес Шнырки. – Я иду с вами. Рисковать – так вместе.
– Упаси Господи, – пробормотал Данкен. – Отшельник, призрак, гоблин – ну и компания подбирается!
– Вы можете доверять мне.
– Посмотрим, – проговорил Данкен.
– Полоска сухой земли между болотом и холмами выведет нас к лощине, протяженность которой каких-нибудь пять миль.
– Ловушка, – буркнул Конрад. – Вы как хотите, а я чую ловушку.
– Миновав лощину, мы окажемся на другой стороне гряды холмов, на равнине. Там стоит замок.
– Я пойду рядом с тобой, – сказал Конрад. – Если ты заведешь нас в западню, я перережу тебе горло.
Гоблин пожал плечами.
– Пожимай, пожимай. – По всей видимости, Конрад вовсе не шутил. – Может, перерезать сразу?
Шнырки в отчаянии отшвырнул перо. По пергаменту расплылись чернильные кляксы.
– Признаться, я не совсем понимаю тебя, – заметил Данкен. – Сначала ты предложил нарисовать карту, потом вызвался идти вместе с нами. К чему было упоминать о карте? Чего ты темнишь?
– Сперва у меня не возникало желания присоединиться к вам, – ответил гоблин. – Но когда вы поставили под сомнение мою искренность, я решил, что мне надо идти хотя бы затем, чтобы научить вас, кому следует верить, а кому нет.
– Мы ищем истину, а не веру, – заявил Конрад.
– Одно неразлучно с другим, – отозвался Шнырки.
– Ну ладно, – вздохнул Данкен. – Будь добр, продолжай. Ты сказал, на равнине стоит замок.
– Стоит, вернее, потихоньку рассыпается, того и гляди, рухнет окончательно. От него так и разит дряхлостью. Не вздумайте приближаться к нему и уж тем более заходить за стены. Там обитает зло – не то, которому служат Злыдни, но не менее страшное.
– Помяните мои слова, – перебил отшельник, – он не успокоится, пока нас всех не прикончат. Не верьте ему, милорд!
– Решайте сами, – сказал гоблин. – Я рассказал все, что знаю. Вот и помогай после этого людям. В общем, утром, если соберетесь идти, найдете меня здесь.
Он соскочил со стола и вышел из придела.
В залу осторожно, чуть ли не на цыпочках, прокрался Крошка. Он подобрался к Конраду и устроился у его ног. Снаружи доносилось конское ржание – то звал хозяина Дэниел.
– Итак? – спросил Эндрю.
– Не знаю, – произнес Данкен. – Надо как следует поразмыслить. Так или иначе, тут нам оставаться нельзя. – Он повернулся к Конраду. – Ты меня удивил. Мне казалось, ты не усомнишься ни в едином словечке гоблина, ведь дома у тебя сплошь и рядом находились среди малого народца друзья и приятели. Только вчера ты сокрушался, что мы никого не видим, и на тебе, пожалуйста!
– Вы правы, милорд, – отозвался Конрад. – У меня и впрямь много друзей среди малого народца. Однако этого гоблина нужно было испытать.
– И потому ты пригрозил перерезать ему глотку?
– Ну да, чтобы он понял.
– Каково же твое мнение?
– Сдается мне, милорд, мы можем доверять Шнырки. Я всего лишь хотел, чтобы до него дошло: шутить мы не намерены. Понимаете, они все невесть до чего проказливые! Хлебом не корми, дай только подшутить, даже над друзьями. Ну вот, я и припугнул его, чтобы он не выкинул какого-нибудь коленца.
– Обстоятельства и без того как будто не располагают к проказам.
– Вы ошибаетесь, милорд, – проговорил Эндрю. – Малый народец не умеет обходиться без шуточек, порой весьма жестоких. Я тоже послежу за Шнырки. Если он улизнет от Конрада, я размозжу ему голову своим посохом.
Да, мелькнула у Данкена мысль, там, в церкви, он ничуть не преувеличивал. Дольше оставаться здесь никак нельзя. Они попусту теряют время, а это сейчас – непозволительная роскошь.
Данкен сидел, прижавшись спиной к стене пещеры, накинув на ноги плотное одеяло. У входа в пещеру лежал Крошка, снаружи притоптывал копытом Дэниел, возле которого, судя по звукам, вертелась Красотка. В углу, перемежая храп могучей отрыжкой, развалился Конрад. Отшельник Эндрю на своем тюфяке зябко кутался в одеяло и что-то бормотал во сне. Призрак исчез без следа.
