Браво-брависсимо полностью

Оттого – себя не узнаю!

Как мишень игрушечная в тире

Весело сыграю смерть свою.

ВЕДУЩИЙ. Девушки, помилуйте! Неужели о любви нет ничего повеселей?

КАТКОВА. Мы любим по земным законам,

И соблазняешь ты меня

Не яблоком одним, зеленым,

А сразу спелыми двумя.

Бурные аплодисменты и одобрительные выкрики в зале.

ВЕДУЩИЙ. Браво! Где еще такое может быть? В каком исправительном учреждении мира?.. Но, увы – наш конкурс подошел к концу, пора подводить итоги. Слово председателю жюри, генералу ФСИН Алексею Никольскому. Прошу, Алексей Федорович!

ГЕНЕРАЛ (под аплодисменты подходит к микрофону). Пусть кому-то покажется, что сегодняшний конкурс принял не то направление … Возможно. Но женщины говорили о том, что у них наболело. И мы обязаны это понять.

Изолируя преступника, государство дает ему возможность испытать ужас перед неволей. Поэтому до раскаяния дело часто не доходит, этому мешает само наказание. Чем больше оно унижает заключенного, тем меньше оно меняет его к лучшему. Механизм наказания нужно совершенствовать, делать его более гуманным. Не всё пока получается, но прогресс налицо, и этот конкурс тому подтверждение. Есть пословица: «Неважно, как далеко вы ушли по неправильному пути – все равно возвращайтесь…» Вот в этом смысл нашей работы – помогать вернуться.

МАВРА. А если не было в жизни ничего хорошего, к чему тогда возвращаться, начальник?

ГЕНЕРАЛ. Как вас зовут, уважаемая?

МАВРА (смело). Мавра… Маврина я, Анна…

ГЕНЕРАЛ. А по батюшке как?

МАВРА. Анна Ивановна…

ГЕНЕРАЛ. Тогда нужно творить добро из того, что есть в человеке, Анна Ивановна. И в этом должен помочь воспитатель, если он настоящий профессионал. Я вот недавно прочел интересные слова немецкого поэта Гете. «Если мы принимаем людей такими, какие они есть, мы делаем их хуже. Если же мы видим их такими, какими они должны быть, мы помогаем им стать такими, какими они способны быть».

Аплодисменты и одобрительные крики из зала.

ВЕДУЩИЙ. А сейчас после короткого перерыва мы объявим победителей конкурса…

Конкурсантки поют: «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались…»

Комната релаксации. Генерал ФСИН, Леднев и Мэри, сотрудники администрации, среди которых Шмакова и Гаманец, журналисты. Отдельно от всех – Агеева, Мосина и Каткова.

КОРЕШКОВ (входит). Прошу встать, суд идет.

Входят члены коллегии Верховного Суда (СЕРГЕЙ ПОПОВ и двое ЗАСЕДАТЕЛЕЙ), занимают свои места за столом.

КОРЕШКОВ. Заседание выездной коллегии Верховного суда Российской Федерации в составе судьи Попова (на отчествах звук плывет) и заседателей Петровского и Николаевой объявляется открытым.

ПОПОВ. Фаина Мосина! Начнем с вас…

Мосина встает.

ПОПОВ. Вы обратились в Верховный суд с заявлением… Изложите сами его суть.

МОСИНА. Гражданин судья…

ПОПОВ (поправляет). Ваша честь…

МОСИНА. Ваша честь, меня вынуждают стучать на других осужденных. Прошу избавить меня от этого. Иначе я что-нибудь с собой сделаю!

ПОПОВ. К сожалению, гражданка Мосина, это не в нашей компетенции.

НИКОЛЬСКИЙ (Попову). Ваша честь, я займусь этим делом лично. (Мосиной) Фаина, вы можете назвать фамилии тех, кто вынуждает вас доносить?

МОСИНА (показывает на Гаманца). Вот, он. Майор Гаманец!

ГАМАНЕЦ. Кого вы слушаете?! Это рецидивистка-карманница. На ней пробы негде ставить!

НИКОЛЬСКИЙ. Спокойно, майор. Ваша честь, по заявлению Фаины Мосиной будет проведено специальное внутриведомственное расследование.

АГЕЕВА (встает). Ваша честь, я тоже хочу сделать заявление. У меня туберкулез, но стадия не опасная, я не заразна, а майор Гаманец отправляет меня в спецбольницу из-за того, что я не доношу ему на Мосину.

ГАМАНЕЦ. Ваша честь, это ложь с целью скрыть правду. Агеева и Мосина воруют со швейной фабрики материал. Есть доказательства.

ПОПОВ. Это правда, Агеева? Воруете?

Агеева молчит.

МОСИНА (встает). Это я утащила три метра ткани. Хотели Ленкину днюху отметить. Кража-то копеечная, ваша честь. Государство на нас больше наживается.

ПОПОВ. Кража есть кража, гражданка Мосина. Садитесь, гражданка Агеева.

Агеева садится на стул. Мосину колотит дрожь. Агеева пытается ее успокоить.

ПОПОВ. Переходим к главному. В Верховный суд поступило ходатайство уважаемой газеты в отношении Катковой. Но мы при этом столкнулись с необычным фактом. Об освобождении осужденной Катковой также ходатайствует ее воспитательница, капитан Ставская… (ищет глазами, кто тут Ставская)

СТАВСКАЯ (встает). Я здесь, ваша честь.