Браво-брависсимо полностью

Мазарини (в сторону). Теперь я понял, какое у него задание. Найти доказательства, что Людовик ХIV рожден от меня, простого смертного, а значит, не дан Франции самим богом. Происпанские силы в Ватикане задумали вызвать смуту… (вслух) Я не позволю бросить тень на мою королеву!

ПАРИЖ, 1643-й год

Площадь перед Лувром.

На площади толпятся парижане. Слышен стук колес множества карет.

1-й парижанин. Ох, не к добру это – столько карет.

2-й парижанин. Король умирает, парижане.

Молодая парижанка. Наконец-то королева возьмет свое! Жили, как кошка с собакой.

3-й парижанин. Не дадут ей править. Драка будет за престол.

Парижанин-старик. Когда большие господа дерутся, на обед у меня вместо курицы одна мамалыга.

3-й парижанин. Солью нужно запасаться, парижане.

1-й парижанин. Бочками для баррикад.

2-й парижанин. Куда катится абсолютная монархия?!

2-й парижанин. Туда и катится – ни года без войн.

Пожилая парижанка. Несчастная Франция! Господь от нее отвернулся.

ПАРИЖ, ЛУВР

Именитые особы стоят кучками, снуют лакеи, прохаживаются придворные.

Мари де Шеврёз (подняв вуаль и прикладывая к глазам носовой платочек). Говорят, он очень плох, наш повелитель. Как он будет там, в райских кущах, без своей любимой королевской охоты? Мне так нравились его марципаны. Правда, после угощений мне так подтягивали корсет, что я не могла дышать, но как было вкусно! Он был всем: охотником, садовником, кулинаром, брадобреем, но только не королем.

Реплика. Смотрите, кто здесь!

Реплика. Герцогиня де Шеврёз! Кто ее пустил? Какая дерзость!

Реплика. Льет крокодилову слезу.

Реплика. Она умеет плакать по заказу.

Реплика. Ее платок, наверно, смочен глицерином.

Мимо идет вереница священников.

Голос. Неужели соборование?

Другие голоса (звучат эхом) Соборование. Соборование. Соборование.

Мари де Шеврёз. Какой уличный театр! Прирожденный лентяй умирает в рабочем кабинете! Однако нужно приниматься за дело, господа. Где Месье? Где другие принцы крови? Пора бы им выбраться из кустов. Хотят получить власть на золотом блюдечке? Так не бывает. Придется испачкать пальчики, потом отмоем. Но здесь столько ушей. Прошу ко мне во дворец, господа.

Мари де Шеврёз и окружавшие ее сторонники идут к дверям.

ПРИЕМНАЯ КОРОЛЯ

Здесь королева Анна, кардинал Мазарини, брат короля Гастон (его зовут по традиции Месье), принцы крови Конде и Конти, глава парламента. Все молчат, нервно посматривая на дверь. Мазарини почтительно увлекает Анну в сторону.

Мазарини. Вы готовы, государыня?

Анна. Пожалуй, я сделаю это после соборования. Мне нужно собраться с духом.

Мазарини. Вам лучше сделать это немедленно, пока соборование еще не началось.

Анна (после некоторого размышления). Но моя гордость…

Мазарини. Мадам, поставьте вашу гордость на колени.

Анна проходит в кабинет.

КОРОЛЕВСКИЙ КАБИНЕТ

Людовик возлежит на широкой лавке. Все стены увешены разнообразным оружием и чучелами птиц и животных.

Людовик ХIII. Кто вас пустил?

Анна. Я ваша супруга, Лу, и хочу быть с вами.

Людовик ХIII. Не сокращайте мне последние минуты. Как вы посмели разрешить мадам де Шеврёз вернуться?

Анна. О чем вы, Лу? Я не видела мадам уже лет двадцать.

Людовик ХIII. Мне только донесли. Она здесь, в Лувре. Как это вызывающе и нагло! Она в связи с нечистой силой, не иначе.

Анна. Если она здесь, то это еще раз доказывает, что она продолжает компрометировать меня.

Людовик ХIII. Не верю ни одному слову женщины, а вам вдвойне, втройне! Зачем вы здесь? Говорите и уступите место святым отцам. Они ждут.

Анна. Хочу просить у вас прощения, ваше величество.

Людовик ХIII. Дерзали выйти замуж за моего брата, а меня упечь в монастырь. Разве этому есть прощение? Как вы смеете еще на что-то надеяться?

Анна. Вы можете меня ненавидеть, государь…

Людовик ХIII. Я вас презираю.

Анна падает на колени и пытается взять руку короля. Король отдергивает руку.

Анна. Вы можете меня презирать и ненавидеть, но ваш старший сын… наследник ваш… Он должен вас любить и почитать. Дети должны знать о родителях только лучшее. Я вам обещаю. Будет именно так. Независимо от того, простите вы меня или нет.

Людовик ХIII. Вы меня путаете, мадам. Если вы ни в чем не виноваты, зачем вам мое прощение? А если вам не нужно моего прощения, то чего же вы хотите?