— Современное похоронное бюро. Возможность записи без звонков. Вам не нужно никуда приезжать, мы все сделаем сами — только напишите, как зовут ваш труп. Мы похороним его с вашими любимыми цветами, возьмем все хлопоты на себя. Можете смотреть прямую трансляцию с кладбища из любой точки мира. Онлайн. Для юных усопших мы предоставим уникальное предложение: маленькие саркофаги для любимых гаджетов.
Ярослав хлопнул в ладоши и пояснил:
— Как для органов в древнем Египте.
Идеи уже сыпались из него, как из рога изобилия, а до меня только-только стало доходить, что он хочет свернуть нашу лавочку.
— В честь открытия — акция! — не унимался Ярослав. — Хоронишь одного — второго закопаем бесплатно!
Я не понял одного: чем это предприятие отличается от того, что мы называли Утилизацией медицинских отходов?
Ярослав ответил, что различие всего одно, и оно существенное: мы будем работать с потребителем.
— Как ты не понимаешь! — сокрушался он. — Раньше мы работали в строго отведенной для нас позиции — принимали то, что дают, и не больше. А теперь мы сможем управлять аудиторией и привлекать ее! Больше клиентов — больше денег, разве это не очевидно?
Я сомневался, что он сможет привлечь больше клиентов в похоронное бюро. Разве что сам убивать начнет.
— Погоди, — вдруг поддержал меня Лаврентий, — в похоронных бюро работает много профессионалов. Там занимаются такими вещами, на которые нужно учиться несколько лет! Это ведь не просто положить в гроб покойника, надо его подготовить и обработать.
Ярослав на пару минут задумался, а потом отрезал:
— У нашей компании будет другая политика.
— О боже… — простонал я.
— Мы же новаторы, забыл? — подмигнул мне Ярослав. — Долой привычные глазу убранства, долой покойников, которых нельзя отличить от живых! Зачем нам разрисованные куклы? Мы дадим вам реальную смерть!
Мне начало казаться, что он сам верит в ту чушь, о которой говорит.
Ну, как тогда. С пищевой промышленностью.
— Может, ты еще и отца своего привлечешь? Чтобы он их отпевал, не отходя от кассы?
Ярослав снова задумался, и я с удовольствием обнаружил, как в его глазах угас прежний запал.
— Неплохая идея, — улыбнулся Ярослав уже без энтузиазма. — Только он не согласится. Можем Лаврентия в семинарию отдать.
Я вздохнул.
— Пока он отучится, нас всех уже повяжут.
— А? — встрепенулся Даня, а я повторил, с вызовом смотря в его глаза:
— Нас всех повяжут, — и с достоинством, на тон ниже, добавил: — рано или поздно.
Повисло молчание. Тишину нарушал только звон в моих ушах. Даня поспешил снова выпасть из разговора.
— Да с чего бы, — вдруг подал голос Артур. — У меня вообще, чтоб вы знали, второе дыхание открылось.
— А чем ты занимался все это время? — заинтересовался Ярослав.
Артур, вроде, только и ждал, пока кто-нибудь задаст ему такой вопрос. Он сел на стул, который при этом выразительно скрипнул, и протянул:
— Ну, значит, так…
В дальнейшем мы узнали ужасающие подробности его скитаний по анналам правосудия.
Оказалось, их с Сагиром взяли вместе, потому что оба они работали неофициально. Кого-то из руководства больницы после этого уволили. Но вскоре выяснилось, что у правоохранительных органов ничего на Артура нет, поэтому его отпустили. Продержали пятнадцать суток, как положено, оштрафовали больницу и пустили на все четыре стороны.
Был в его истории момент воистину удивительный. После ареста, пятнадцати суток, штрафа и увольнения руководства сам Артур все еще работал в морге, так как никто не удосужился озаботиться его увольнением.
Претензии остались только у миграционной службы.
Артур, как ответственный человек, отстоял там в очереди два дня кряду. Но, увы, этого недостаточно. Артура так никто и не принял: он попросту устал ждать своего шанса попасть на прием.
— Наверно, очередь до меня до сих пор не дошла, — хмыкнул он, когда закончил свой рассказ.
— Выходит, ты даже ничего не потерял? — подвел итог Ярослав. — Ни место в морге, ни машину? И тебя даже не депортировали?
— Не-а, — лучась радостью мотнул головой Артур. — Я в порядке.
Он действительно был в порядке, наш Артур.
— Значит, — Ярослав хлопнул в ладоши и потер их друг о друга, — можем начинать.
Я спросил у него, с чего мы начнем, а он ответил:
— Точно так же, как в прошлый раз: с маркетинга. Но! — он поднял в воздух указательный палец. — На этот раз мы будем печатать только визитки. Сэкономим.
— На кой черт нам визитки? — проворчал я. — Ходить по домам и спрашивать, не хотят ли они похоронить кого-нибудь в самом ближайшем времени, а потом совать им визитку?
Ярослав замер.
— Нет, я думал, Артур будет раздавать их родственникам умерших. Но идея хорошая.
— Так пылесосы продают, — попытался я вразумить его.
— Пылесосы? Лавруша, у тебя ведь есть пылесос?
Лаврентий принял вид оскорбленного хомяка: он не любил раздаривать богатства своей норы.
— Есть, но я его продавать не собираюсь, — угрожающе буркнул он.
— Конечно, я тебя об этом и не прошу, — мягко, как одуванчик, заверил Ярослав. Почуял, видно, что хомячок готов кусаться. — Просто одолжу его, когда у нас будут визитки.
