— Ну что вы, госпожа Улин, — поторопился ответить юноша, краснея. — Познакомьтесь, это мой лучший друг, Торик.
Девушка с некоторым пренебрежением скользнула взглядом по красному лицу Торика, но потом глянула ниже, оценила дорогой, добротный костюм и учтиво наклонила голову.
— Госпожа Улин, хотите пойти с нами в ювелирную лавку? — простодушно предложил Аткас.
Торик закатил глаза, но Кармина неожиданно заинтересовалась:
— А что это тебе там понадобилось, а?
Покраснев еще больше, Аткас шепотом выдавил:
— Колечко… Обручальное…
Кармина всплеснула руками и от души расхохоталась. Утирая рукой слезы, выступившие от бурного смеха, она проговорила:
— Не ожидала, не ожидала… Что ж, веди нас, богатенький ты наш женишок!
А про себя подумала: «Неужто глупый мальчишка собрался предложить зазнайке Дженне руку и сердце? Вот было бы любопытно послушать! Интересно, что она ему ответит? А ну как согласится, вот будет смех!»
Кармина перекинулась с кучером парой слов, тот недовольно покачал головой, но согласился уехать без своей госпожи и хлестнул лошадей.
Буквально пара шагов отделяла их от нужной им лавке. На самом видном месте болталась вывеска — ажурная позолоченная цепочка была немыслимым образом свита в узоры, которые все вместе образовывали гигантское колье.
В лавке посетителей не оказалось. Хозяин, сухопарый старик с лицом, наводившем на мысли о крысах и прочих грызунах, на секунду замер в растерянности, не зная, к кому обратиться первому: к разодетой молодой даме или мужчине с тяжелым кошелем на поясе. Аткаса он предпочел вовсе не заметить. После некоторой внутренней борьбы победила галантность, и хозяин, низко кланяясь, принялся приветствовать Кармину.
Добрых полчаса они втроем провели над прилавком с кольцами. Аткас ужасно смутился, увидав, что за большинство колец хозяин требует гораздо больше денег, нежели он намеревался потратить. К счастью, немало колец оказалось ему по средствам, поэтому он задумался над выбором.
Около десятка колечек Торик забраковал с ходу, туманно разъяснив, что они слишком мало весят, а Кармина отвергла еще пяток, поражаясь их вульгарности.
Одурев от вида сотни практически одинаковых золотых колец, Аткас украдкой стал оглядываться вокруг.
Подняв глаза, он увидел позади хозяина, непрерывно жужжавшего насчет изумительности своего товара, постамент из дорогого красного дерева, на котором покоилась бархатная подушечка.
— Скажите, пожалуйста, уважаемый, что это у вас там такое? — полюбопытствовал Аткас, прерывая хозяина на полуслове.
Тот встрепенулся, пронзительно посмотрел на юношу, затем перевел взгляд на Кармину… Видимо, осмотр его удовлетворил, потому что он повернулся, снял подушечку с постамента и бережно положил ее перед посетителями.
Кармина ахнула, Торик восхищенно прицокнул языком, а Аткас молча уставился на самый красивый из когда-либо виденных им браслетов.
Прежде всего, в глаза бросалась удивительная форма. Два тела, одно из серебра, другое из золота, переплелись в нескромном объятии. Чтобы замкнуть браслет, неведомому ювелиру пришлось удлинить руки, ноги и торсы до неправдоподобия, но эта деформация отнюдь не была уродливой, напротив, тела смотрелись естественно. Каждый изгиб, каждая черточка были сделаны с необычайным тщанием, приглядевшись, можно было увидеть каждый ноготок на крошечных пальцах.
В глазах золотого мужчины сверкали изумруды, у серебряной женщины на лице мягко излучали загадочный свет рубины.
— Необыкновенно! Это просто чудо! — восхитилась Кармина и потянулась к украшению, намереваясь примерить его на руку, но хозяин торопливо накрыл браслет ладонью.
— Не продается, нет! И трогайте осторожно! Эта вещица слишком дорога мне, да. Бережнее, госпожа, прошу вас!
Хозяин медленно убрал руку от своего сокровища. Кармина осторожно взяла браслет, но надеть его не рискнула, просто стала вертеть в руках. На Аткаса хозяин кидал столь убийственные взгляды, что юноша понял: приближаться к Кармине не стоит. Торик тоже склонился над браслетом, с вожделением разглядывая вещицу.
— Ой, смотрите, тут клеймо придворного ювелира! — вдруг воскликнула Кармина, указывая пальцем на внутреннюю сторону браслета.
На выгнутой серебряной спине и впрямь шла тонкая гравировка нескольких рун, обрамленных стилизованным подсолнухом.
— Ювелир Наместника? — не поняв, переспросил Аткас. — Там что-то написано?
— Какого Наместника, балда! — снисходительно улыбнулась Кармина. — Тут изображен подсолнух, а это — часть герба самого Сариуса Дэктера, короля Твердикана.
Торик пальцем провел по серебряной спине:
— Странные руны. Что они означают?
— Понятия не имею, — пожал плечами хозяин. — Думаю, оберегающие знаки. Уже много зим этот браслет — талисман моего дела. Он мне приносит удачу в делах.
— Вы его приобрели в столице? — с живейшим любопытством спросила Кармина.
