Увы, но с тех пор, как Сегрик нанял парочку людей с целью собирать эти самые сведения, дело не продвинулось ни на шаг. Во-первых, ни за какие деньги ни один человек или иное существо не соглашались пятнать доброе имя Гурда. Для всех, кроме Сегрика, Экроланд был чуть ли не полубогом. Ко всему прочему оставалось тайной, каким образом столь блистательный рыцарь появился в Вусэнте — Сегрик доподлинно знал, что Экроланд родился не здесь. Откуда он приехал? Почему он ни словечком не обмолвится, где его произвели в рыцари? На эти и многие другие вопросы, увы, ответов пока не было. И вот сейчас наивный рыцарь сам буквально всунул в руки ему, Сегрику, блестящую возможность навредить.
Во-первых, та самая ведьма, которая попросила у Экроланда защиту и покровительство, а он взял и согласился. Это происшествие будет главным козырем в колоде Сегрика. Во всяком случае, Теллер озаботился тем, чтобы слух о родовитой ведьме непременно долетел до ушей Наместника, чьим любимчиком считался Экроланд. Во-вторых, существовали пока, к сожалению, непроверенные слухи о том, что рыцарь попустительствует бунтовщикам-гномам, сбежавшим из шахт Вишневых гор. И, наконец, третье и самое весомое. Эту новость принес вчера Грего, весь белый от страха. Конечно, как же ему не быть испуганным, коли сказанное им правда, и у себя в доме Экроланд действительно привечает варвара!
Сегрик счел себя обязанным пригласить Экроланда в гости и обстоятельно с ним поговорить. Этого требовали странные и немного извращенные понятия Сегрика о чести, которая, впрочем, совершенно не мешала ему совершать различные неблаговидные поступки, взять хотя бы тот же сбор сведений…
«Эри должен сам объявить в Ордене, что недостоин стать паладином. К счастью, история знает подобные примеры. Иногда рыцари давали обет до седых волос не принимать от Ордена блага и титулы. Так что наилучшим поворотом событий было бы добровольное отречение Эри, — размышлял Сегрик. — Кто знает, может, мои аргументы и сумеют его убедить».
Денра отдала последние распоряжения повару и подошла к мужу:
— Дорогой, не нервничай. Все будет в порядке. Если Гурд не дурак, он согласится с твоими доводами.
Сегрик сжал зубы.
— Эри не дурак, отнюдь. Боюсь, его не так просто убедить в чем-либо. Сейчас путь, лежащий перед нами, похож на бугристую тропу, усеянную кинжалами. Нам нельзя ошибаться, и ты знаешь, почему.
Зазвонил колокольчик на двери.
— Понадеемся на лучшее, — заключила Денра и велела слуге встретить гостей.
***
Дом Теллеров находился на отшибе, позади рынка и трущоб, почти у городской стены. Снаружи он выглядел так, словно огромный кулак со всего размаху надавил на крышу, и оттого во все стороны полезли флигели и пристройки.
Перед домом был разбит небольшой садик, плод трудов леди Денры. Там соседствовали яблоневые и грушевые деревья, к ограде прислонились заросли малины, а вдоль дорожки, ведущей ко входной двери, были посажены цветы. Сейчас, пока держалась холодная погода, клумбы были не слишком хороши на вид, но стоит весне как следует заявить о своих правах, и сад покроется буйной зеленью.
В окно второго этажа выглядывала любопытная белая кошка, которая, создавалось такое впечатление у окрестных жителей, дневала и ночевала на подоконнике, следя за жизнью улицы. Собак Теллеры не держали. Леди Денра любила повторять, что ее киски даже войско остановят, не то что каких-то там грабителей.
Экроланду с оруженосцем пришлось спешиться на подъезде к дому Теллеров: чем дальше от центра, тем хуже была мостовая, а здесь вообще половина камней была безжалостно выдрана из земли и пущена, видимо, на какие-то нужды местных обитателей. Молчаливый слуга принял поводья Стролла и Солемны и повел лошадей по двору к небольшой конюшне.
Аткас сопроводил своего господина в гостиную, а сам побрел на кухню. Заносчивый Сегрик ни слова ему не сказал, а его противная женушка и вовсе отвернулась, задрав нос.
Идя по коридору, Аткас с тоской думал, что сейчас точно наткнется на Грего, и тот опять будет насмехаться над ним. А ему и ответить нечего, он больше руками шнырять мастак, нежели языком. И не подерешься, потому как они с хозяином тут в гостях, а позорить Экроланда перед Сегриком — последнее дело.
Между тем кухня, похоже, была совсем в другой стороне, потому что вкусные запахи начали от него удаляться. Аткас повертел головой и устремился, как ему показалось, напрямик, свернул налево, там оказался тупик, пришлось повернуть обратно и пойти в другое ответвление. Коридор все тянулся и тянулся, юноша прошел мимо доброго десятка дверей и уже искренне недоумевал, каким образом дом, снаружи вроде и не очень большой, может вместить в себя такое количество помещений.
Аткас наугад выбрал дверь и дернул за ручку. Дверь легко открылась. Внутри оказалось темно, свет от окна в коридоре не проникал сюда, и юноша увидел смутные очертания стола и шкафов. Он робко зашел в комнату, раскрыв дверь как можно шире.
